Опрокинутая реальность

– Я не думаю, что убийцы будут стрелять в меня прямо во дворе, на глазах у играющих детей, или попытаются на меня наехать.

– Убийцам все равно, где стрелять, – заметил Дронго, – Робин Гудов давно уже нет. Остались одни подонки.

Он еще раз напомнил Мурсаевой, что должен появиться в компании в качестве ее доверенного лица.

– И прошу иметь в виду: если вы снова назовете меня Дронго, мне придется уйти оттуда раньше времени… Скажите, кто остался в «Прометее» вместо вашего брата?

– Матвей Ивашов, – ответила Мурсаева, – он был первым вице-президентом компании.

– Вы его хорошо знаете? – Да, конечно. Они дружили с братом. Тот ему очень доверял.

– Мне кажется, ваш брат вообще доверял многим людям.

– Да, – сухо согласилась она, – и поэтому пострадал. Не нужно было верить никому. Так легче жить. Чтобы потом не разочаровываться.

Дронго ничего не ответил.

– Почему вы молчите? – с вызовом спросила она. – Вы со мной не согласны?

– Нет, не согласен. Можно остаться одному, если вообще не верить людям, – печально сказал Дронго.

Она взглянула на него. Достала сигарету. Потом смяла сигарету и выбросила ее в окно. И лишь затем спросила:

– Вы имеете в виду меня?

– Я не имею в виду никого конкретно.

– Нет, вы имели в виду меня, – упрямо сказала она. Работа в руководстве журналом научила ее ставить прямые вопросы. – В таком случае почему вы тоже живете один? – поинтересовалась она.

– Может, именно поэтому, – признался Дронго. – Бальзак однажды сказал, что священники, врачи и адвокаты не могут уважать людей.

– Вы относите себя к категории адвокатов или врачей? – поинтересовалась она.

– Священников, – ответил Дронго, – мне слишком много пришлось выслушать исповедей в своей жизни.

Он замолчал. Она осторожно дотронулась до его руки.

– Мне кажется, я не ошиблась, – призналась она, – вы как раз тот человек, который может мне помочь.

Автомобиль подъехал к трехэтажному зданию компании. На пороге стояли двое охранников.

– Вы к кому? – спросил один из парней.

– К Ивашову, – сказала Мурсаева, – нам нужно с ним поговорить.

– Он сейчас занят, – ответил второй, – и вообще компания не работает. Они никого не принимают.

Эльзу нельзя было остановить подобным хамством. Она насмотрелась его достаточно.

– Пропусти, – грозно сказала она, – неужели не видишь, с кем разговариваешь? Я сестра погибшего президента «Прометея» Салима Мурсаева.