Обреченная весна

– А я должен говорить с акцентом? – спросил он, уже самостоятельно поднимаясь с кресла и пересаживаясь в салон машины.

Светлана села за руль и мягко тронулась с места.

– Просто я привыкла, что все грузины обычно говорят с акцентом. У нас был друг семьи, Эльдар Гурабанидзе, он сейчас работает в Африке.

– Эльдар – часто встречающееся имя не только у персов или грузин, но и у других народов. Например, есть известные кинорежиссеры Эльдар Рязанов и Эльдар Шенгелая. Но я – азербайджанец, из Баку.

– Тогда понятно.

– Нет, работать.

– Хотите устроиться на работу, – кивнула Светлана. – Сейчас трудно найти работу по специальности, особенно в Москве. Да и платят не очень много. Боюсь, что ничего приличного вы не найдете. Плохие времена...

– Ничего, – улыбнулся Эльдар, – я уже нашел место в одном приличном учреждении.

– Тогда вам повезло, – кивнула она, посмотрев на часы.

– Конечно звоните, я никуда не тороплюсь, – согласился Эльдар. – Вы ведь потратили на меня целый час.

Она остановила машину и побежала к телефону-автомату. Там уже разговаривал какой-то мужчина, и она замерла, нетерпеливо переступая с ноги на ногу. Он впервые подумал, что Светлана – очень красивая женщина. Словно угадав его мысли, она оглянулась, слегка улыбнулась и продолжала терпеливо ждать, когда наконец освободится автомат.

Через минуту мужчина ушел, и она поспешила к телефону. Очевидно, услышанные ею новости оказались не очень приятными. Было заметно, как дернулось у нее лицо, как она несколько раз что-то переспросила, потом растерянно повесила трубку и отошла от автомата. У нее было такое отрешенное выражение лица, что Эльдар уже собирался выйти к ней из машины, но она приблизилась, медленно уселась на свое место и посмотрела на него.

– Простите, Эльдар, но, кажется, я не смогу отвезти вас домой.

– У меня есть деньги, – прервал ее Эльдар. – Объясните, что случилось?

– Нет, ничего, – как-то растерянно произнесла Светлана. – Ой, какой кошмар! – Она неожиданно положила голову на руль и заплакала.

Он сидел ошеломленный, не зная, что именно следует делать, только еще раз попросил:

– Скажите, что случилось.