Одноразовое использование

Он считался его непосредственным куратором и не любил панибратства с подчиненными. Ему шел уже шестьдесят второй год, и он был представителем еще старой советской школы управления. Вайнштейн, наоборот, был молод. Ему шел только сорок шестой год, и он был из поколения самого Сеидова. Может, поэтому они лучше понимали друг друга. По оценкам журнала «Форбс», состояние Бориса Вайнштейна оценивалось в девять с лишним миллиардов долларов. Однако многие в компании считали, что «Форбс» не владеет всей информацией и состояние президента намного превышает оценку, данную американским изданием.

– Садитесь, – показал Вайнштейн на стул, стоявший у приставного стола. Напротив сидел Сысоев. Этим хозяин как бы сразу подчеркивал меняющийся статус самого гостя.

– Вы у нас работаете уже шесть лет, – сразу начал Борис Александрович в своем традиционном стиле, не размениваясь на ненужные вступления.

– Да, уже шесть лет, – кивнул Сеидов.

– Сначала рядовым сотрудником, затем руководителем сектора, потом заместителем заведующего и заведующим отделом, – быстро произнес Вайнштейн, почти не заглядывая в лежавшие перед ним документы.

– Все правильно.

– Вы работали три года в Ираке, защитили докторскую диссертацию, успели проработать в «Газпроме» до развала страны. А потом несколько лет работали в банке. У меня к вам вопрос. Почему вы ушли из «Газпрома»?

– Я бы не ушел, – честно ответил Фархад, – но тогда распалась страна, и я полагал, что мне лучше вернуться в Баку. У меня было еще азербайджанское гражданство.

– И не вернулись. Я могу узнать, почему?

– Начался карабахский конфликт. Моя супруга армянка, и я хотел оградить нашу дочь от этих кровавых событий. К тому же в Баку к власти пришли ультрарадикалы, с которыми я не связывал свое будущее. И поэтому я решил остаться в Москве. Устроился на работу.

– Сразу в двух университетах на вас дают исключительно положительные характеристики. Они уверяют, что вы преподаватель от бога. Легко могли получить профессуру. Почему не согласились остаться и преподавать?

– Я практик, а не теоретик, – пояснил Сеидов, – и тема моей докторской – добыча нефти и газа в уже выработанных пластах.