Один раз в миллениум

Вода «Эвиан» покупается во всем мире, и ее марка так же известна, как «Мерседес» или «Боинг». Дело в том, что я уходил последним из квартиры перед тем, как поехать в аэропорт. И она закрыла за мной дверь. А когда я вернулся, она была мертва. Значит, логично предположить, что именно я ее и отравил. Тогда у меня вопрос: зачем мне это нужно? Или я претендовал на ее каморку в Мытищах? Или она обещала оставить мне свое наследство?

– Откуда вы знаете, где она живет? Вы к ней ездили?

– Не нужно меня ловить на слове.

– Куда это к вам?

– К моей секретарше. Я же не мог оставить девочку одну, она пропадет. Поэтому я поручил Нине за ней последить. Нина – моя секретарша, – пояснил Халупович. – Я считаю себя в какой-то мере ответственным за случившееся.

– Мне нужно будет поговорить и с вашей секретаршей.

– Конечно. Но только завтра. Сегодня уже слишком поздно.

– Разумеется.

Дронго пошел в столовую. Там уже расположился Савелий Николаевич.

– Садитесь, – показал Трошкин на красные кресла из натуральной кожи. Он чувствовал себя здесь почти как хозяин.

Дронго сел в кресло, а его собеседник устроился на диване, дипломатично оставив второе кресло для хозяина квартиры.

– Вы здесь раньше бывали? – спросил Дронго.

– Конечно, – удивился Трошкин, – я здесь бывал несколько раз. Привозил срочные бумаги, пакеты. А почему вы спрашиваете?

– Он давал вам ключи от квартиры?

– Нет, не давал. А я никогда не просил. Это не в моих правилах. Я делаю только ту работу, которую мне поручают. И никогда не вмешиваюсь в дела своего шефа, – с достоинством сообщил Трошкин.

– Похвально, – согласился Дронго, – тогда давайте немного поговорим о вашей работе. Вы знали, что Эдуард Леонидович разыскивает трех женщин, с которыми он раньше встречался? Ищет, чтобы вызвать в Москву?

– Конечно, знал, – кивнул Трошкин, – я даже выезжал в Екатеринбург, чтобы найти Мамаджанову.

– Вот как раз с нее и начнем. Как вы ее нашли? Она ведь поменяла адрес и вообще несколько лет не жила в городе.

– Да, она недавно приехала, но найти было несложно. Хотя пришлось побегать. Эдуард Леонидович не помнил точного адреса и сказал мне его по памяти. Оказалось, он перепутал номер дома.