Очевидная метаморфоза. Путь воина

Однажды Кирилл Григорьевич видел всемирно известного художника Шемякина, который пришел в сапогах и в черной одежде, словно сошел с картин времен Гражданской войны. На нем был смешной картуз.

Над экстравагантностью дурака обычно смеются окружающие его люди. Над экстравагантностью гения смеется все человечество. А это уже не просто смех. Это слава, которая позволяет гению вести себя так, как ему хочется. Кирилл Григорьевич раскрыл паспорт. Московская прописка, с удовольствием прочел он. Конечно, московская. Наверно, преуспевающий художник, который ищет для себя представительские апартаменты.

В Москве много очень богатых художников. Их нельзя даже назвать отдельной группой. Это немногочисленные представители творческой элиты, успешно вписавшиеся в окружающую действительность. Кирилл Григорьевич усмехнулся.

– Ваш апартамент будет сейчас приготовлен. – Он вдруг заметил, что стоявший перед ним человек смотрит на репродукцию, висевшую справа от портье.

– Блинов, – сказал Денис Иванович. – Хороший художник.

Это мой товарищ.

– Фрукты и шампанское в президентский сьюит, – тихо приказал Кирилл Григорьевич одному из стоявших рядом с ним сотрудников отеля, – и побыстрее.

– Сейчас я вас сам провожу в номер, – улыбнулся портье.

– Спасибо. – Гость поднял свою черную сумку.

«Наверно, он хранит в ней кисти и краски, – подумал Кирилл Григорьевич. – Может, на всякий случай попросить его оставить автограф в книге для почетных гостей? Если этот художник в состоянии платить полторы тысячи долларов в день, то это очень почетный гость».

– Ваш багаж заберут, – предупредительно сказал Кирилл Григорьевич; но гость покачал головой, сжимая сумку в руках.

Они поднялись в номер. Двери были уже открыты. Сразу три горничные бегали по большому трехкомнатному сюиту. Все люстры были включены. В этом номере были специальные люстры, изготовленные в Испании.

– Пожалуйста, проходите, – Кирилл Григорьевич был сама любезность. – Надеюсь, вам будет здесь удобно, – сказал портье, улыбаясь.

– Подождите, – остановил его гость, – мне понадобится ваша помощь.

Я только недавно прилетел из Америки. Из Лос-Анджелеса, – добавил он мгновение спустя.

«Там они могут ходить в таком виде», – с умилением подумал Кирилл Григорьевич.

– Я вас слушаю, – сказал он, чуть наклонившись и выражая высшую степень готовности помочь такому клиенту.

– Мне нужно открыть счет в банке, – сказал художник, – и встретиться с представителем риелторской фирмы по продаже жилья.