Обретение ада

– А я о нем все время помню, – угрюмо ответил он, – и еще о многом другом.

– Ты можешь остановить автомобиль? – вдруг спросила она.

Он удивленно взглянул на нее, но нажал на тормоза, останавливая машину. Она посмотрела ему в глаза и вдруг, нагнувшись, приблизила лицо и первой поцеловала его. Поцелуй был долгим, словно они проделывали это в первый раз. Очень долгим. Они на секунду забыли обо всем на свете. И в этот момент в стекло кто-то требовательно постучал.

– Черт возьми, – пробормотал Кемаль, – кажется, даже здесь нам не дадут спокойно сидеть.

У дверей автомобиля стоял полицейский.

– Простите, – вежливо сказал он, – но здесь нельзя останавливаться. Вам нужно проехать немного вперед.

– Спасибо, офицер, – улыбнулся Кемаль, – мы сейчас проедем. Извините нас.

– Ничего, – улыбнулся полицейский, – вы делали это так здорово, что мне не хотелось вас отвлекать.

Сандра улыбнулась.

– Благодарю вас, – сказала она на прощанье.

Они проехали немного вперед.

– Кажется, нам придется остановиться еще раз, – неожиданно нахмурилась Сандра, – у нас просто нет другого выбора.

Он снова взглянул на нее.

– Что случилось?

– А ты не догадываешься? – так же мрачно спросила она.

– Что-нибудь случилось?

– Конечно.

– Ничего не понимаю. Почему нам нужно останавливаться?

– Отель рядом, – показала она на здание с правой стороны. И широко улыбнулась.

– Господи, – прошептал он, – ты действительно необыкновенная женщина. Я согласен.

И повернул автомобиль к отелю.

Они никогда не уставали друг от друга. Каждая встреча, десятая, сотая, тысячная, словно открывала нечто новое в каждом из них. Это было даже не влечение, это было нечто необъяснимое и тревожное. Люди называли это Любовью, а ему казалось это погружением друг в друга. И чем глубже бывало погружение, тем интереснее бывали они друг для друга, открывая в своем партнере новые, ранее неизвестные черты. Только интимное общение способно обнажить человеческую душу, проявляя все качества характера.

Только здесь отчетливо проявляется характер человека – закрытый или открытый, благородный или подлый, добрый или злой. Только в эти моменты человек сбрасывает свою маску, становясь самим собой. И, может быть, худшая из профессий – лицедейство «жриц любви», умудряющихся притворяться даже в эти мгновения откровений. Но лишь когда применяются механические приемы любви, не способные затронуть душу женщины.