Французская империя и республика

Однако вскоре над головой смельчака начали сгущаться тучи, причем опасность пришла совершенно с неожиданной стороны.

В 1615 г. в Канаду начали прибывать миссионеры. Среди них были и настоящие подвижники, которые мечтали обратить в истинную веру индейцев, и те, кто искал личной выгоды, и верные сторонники интересов ордена иезуитов. Брюле не был истово верующим – один из миссионеров позже с негодованием вспоминал, что во время очередной стычки тот не смог вспомнить никакой другой молитвы, кроме той, которую читали перед трапезой.

Однако он предложил священникам весь свой опыт и знания вновь открытых земель. Он сопровождал их во время странствий, указывал путь к стойбищам гуронов. Тем не менее миссионеры относились к Этьену как к опасному грешнику.

Молодой путешественник представлял собой угрозу их авторитету. Он вступал во внебрачные связи с индейскими женщинами, никогда не отказывался промочить горло, а уж о христианском смирении речь и вовсе не шла – белый гурон вел жизнь свободного человека, не ограниченного условностями.

В стойбищах его приветствовали с огромным уважением, да и в Квебеке он обладал немалым авторитетом, хотя появлялся там не слишком часто.

Миссионеры действовали исподтишка: в своих докладах преуменьшали заслуги первопроходца и делали акцент на его грехах, а у новообращенных индейцев стремились вызвать отвращение к нераскаявшемуся грешнику. Тем не менее им долго не удавалось опорочить Брюле: слишком много пользы он приносил как французам, так и гуронам.

Но церковь умела ждать…

Через четырнадцать лет после прибытия миссионеров, в ходе длительной войны между англичанами и французами, о которой будет рассказано отдельно, Квебек был захвачен. Колонисты во главе с Шампленом были вынуждены покинуть обжитые места. Каково же было их удивление, когда в день отплытия кораблей они увидели Этьена во главе торгового каравана индейцев! Белый гурон привез пушнину, но на этот раз – не французским купцам, а англичанам. Это стало основой для обвинения в предательстве, которое Шамплен тут же бросил в лицо Брюле.

Тот попытался объяснить, что действует в интересах племени гуронов.

Этьена можно было понять: будь он один, он бы мог спокойно уплыть вместе с остальными поселенцами во Францию. Но ему доверяло целое племя, в котором, возможно, действительно росли его дети. Так что белый гурон попытался сделать единственное, что было ему по силам: уберечь народ, который он считал своим.