Камни последней стены

Вам не пришлось отказываться от своих взглядов, приносить присягу новым господам и новым режимам. А для меня такой выбор был невозможен. Некоторые из моих знакомых очень неплохо устроились. Они продают себя любому режиму, готовы приносить присягу кому угодно. Лишь бы за это им хорошо платили. А я всегда помню Конфуция, который сказал: «Благородный муж служит государству до тех пор, пока это не входит в противоречие с его принципами чести». Хотя Конфуций, кажется, сказал вместо слова «государство» – «государь», а для меня это еще более неприемлемо.

Вот поэтому я с тех пор и не люблю государственные организации. Имея такой аппарат, располагая разветвленной агентурной сетью во всем мире, вы не смогли и не захотели предотвратить распад своего государства. Как я после этого должен к вам относиться?

– У меня такое ощущение, что нам пора прекращать операцию, – зло сказал Осипов. – Ваши патетические речи больше подходят для митингов коммунистов, а не для нашего ведомства.

– Думаете, поможет? – пожал плечами Дронго.

 – Давайте лучше договоримся, что вы не будете меня дергать. Я работаю своими методами. Если вы мне поручили работу, я ее постараюсь сделать. А каким образом я ее выполню, это мое дело.

– Как угодно, – сухо сказал Георгий Самойлович. – Между прочим, гонорар мы уже перевели на ваш банковский счет.

– Напрасно. Если я потерплю неудачу, мне придется возвращать деньги.

– А вы можете потерпеть неудачу?

– Странный вопрос. Вы считаете, что у меня могут быть гарантии? Вы ведь профессионал.

– Именно поэтому я вас и предложил. Дело обстоит не совсем так, как вы полагаете. Вам нужно не просто вычислить предполагаемого информатора. Боюсь, что нам будут мешать. И мешать с определенной целью. Американцы готовы выложить любые, абсолютно фантастические, суммы, чтобы получить информацию об агентуре, «законсервированной в Германии». Мы предприняли очень большие усилия десять лет назад, чтобы сохранить наиболее ценных агентов. Очень большие усилия, – повторил Осипов. – И вы даже не можете себе представить, какой будет нанесен ущерб, если все еще существуют копии документов, которые должны были быть уничтожены.

– Неужели ваши аналитики не имеют никаких версий?

– Мы вычислили Нигбура, – объяснил Осипов. – Они полагали, что это Нигбур. Но мы ошиблись.

– Я знаю, чем кончилась ваша ошибка.

– Хватит. Вы себе много позволяете, Дронго. Вы ведь прекрасно понимаете, что не можете выйти из игры. В течение ближайших дней все будет решено.