День гнева

Слепнев был в легких кожаных перчатках и, кажется, не особенно торопился. Остановил машину, когда зеленый свет менялся на желтый и вполне можно было проскочить. Пассажир недовольно посмотрел на полковника, но ничего не сказал. Не решился.

– У нас еще много времени, – бросил полковник, заметив его взгляд, – не следует особенно торопиться.

– У меня нет вашего опыта, – не выдержав, огрызнулся пассажир.

В его словах таился оскорбительный намек, но полковник лишь усмехнулся в ответ. «Хонда» продолжала двигаться в сторону центра.

– Приехали. – И указал на новый шестнадцатиэтажный дом.

– Не подъезжай, – предупредил второй, – еще есть несколько минут. Не торопись.

Часы показывали семь минут девятого. Через полторы минуты на другой стороне улицы у нужного им дома появилась «Хонда», которая медленно проехала мимо них.

– Куда это мы направляемся? – спросил пассажир «Хонды» у полковника Слепнева.

– Мы подъедем сюда через двадцать минут, – ответил Слепнев, доставая телефон. Набрав номер, спросил: – Как у вас дела?

– Стоим у гаража, – ответили ему, – как только их автомобиль проедет мимо, я вам позвоню.

– Хорошо. – Полковник убрал телефон и посмотрел на пассажира: – Их машина еще не выехала из гаража.

– Вы следите за ней? – догадался пассажир.

– Конечно. Как только они выедут из гаража, за ними будет установлена слежка. Вы, смотрю, еще не поняли, что мы работаем на профессиональном уровне?

– Это я давно понял, – кивнул пассажир, – но зачем следить за машиной? Она ведь все равно приедет к дому.

– А если это засада? Если ваша информация уже просочилась и нас будут ждать, когда мы попытаемся нанести удар? Такое вполне возможно!

– Вы нам не доверяете, – усмехнулся пассажир, – но ведь это мы вас вытащили из тюрьмы.

– Я помню. Но вы могли сделать это специально, чтобы затем подставить меня во время покушения.

– Что? – изумился пассажир. – Вы серьезно могли так подумать?

– После того как меня один раз подставили, я могу думать все, что угодно, – ответил Слепнев. – В прошлый раз я тоже не думал, что окажусь в тюрьме, тем не менее меня сдали самым постыдным образом. А я всего лишь выполнял данное мне задание.