Фактор страха

– Они знали, что Труфилова проведут через зал для официальных делегаций?

– Нет, – растерянно ответил Романенко, – мы только вчера вечером передали заявку. Через нашего начальника отдела.

– Он знал номер рейса?

– Нет. Только передал заявку. Согласился ее подписать, даже не поинтересовавшись номером рейса. Просто подписал бланк, и все. Вы же знаете, сюда нельзя попасть без заявки.

– Тогда берлинский вариант отпадает. Но утечка, возможно, произошла отсюда. Они могли получить данные из депутатской комнаты.

Но вы говорите, что передали заявку вчера вечером. Вряд ли убийцы стали бы спокойно ждать. Ваши люди и Труфилов могли использовать обычный вход, и тогда их невозможно было бы остановить. К тому же тот, кто планировал это преступление, мог предположить, что вы сделаете Труфилову другие документы и он улетит в Берлин под другой фамилией.

– Мы так и поступили, – быстро проговорил Романенко, бледнея, – сделали Труфилову другой паспорт. – Он задохнулся от волнения.

За него договорил Дронго:

– Тогда нет никаких сомнений, – твердо заявил он. – Это дело рук одного из ваших сотрудников.

– Я и сам это уже понял. – Романенко тяжело вздохнул. – Неприятно узнавать такие новости. Видимо, тут сыграли роль деньги, и немалые. Я даже не знаю, кого подозревать. Галя живет одна с больной матерью, у Гарибяна большая семья, трое детей. Савин молодой, любит одеваться, недавно купил автомобиль. Говорят, ему помог старший брат.

Рогова я знаю меньше. Лукин совсем молодой, но у него тоже семья.

– Обычно люди оправдывают собственную беспринципность семейными обстоятельствами, – сурово заметил Дронго, – но человек порядочный не совершит предательства под давлением обстоятельств. В этом я убежден.

– Придется проверять всех пятерых, – заметил Романенко, – знали бы вы, как все это неприятно.

– Представляю. Но другого выхода нет. Необходимо выяснить, каким образом преступники вышли на ваших людей, и искать убийцу.

Говорят, что его многие видели.

– В подобного рода делах труднее всего вычислить убийцу, – признался Романенко.

– Что делать с Чиряевым?

– Не знаю. У нас в запасе только завтрашний день. Не думаю, что за такой короткий срок сумею найти факты, способные убедить немецкий суд выдать нам Чиряева. Просто не знаю, что делать.

В этот момент к ним подошел офицер.

– Вас к телефону, – обратился он к Дронго.