Идеальная мишень

 – Потрясающе! – восхищенно отреагировал он тут же. – У вас безошибочная интуиция, Дронго. Посмотрите только, как поэтично описаны блюда. Просто прелесть! «Каменный окунь, запеченный на углях с пряными травами и томатом, сервированный лимоном и отварными молодыми овощами, на соусе из осветленного сливочного масла с пикантными специями», – процитировал он. – Черт возьми, да это настоящая поэма! Или вот еще – «Филе дикого французского кабана, маринованное пряными травами, фаршированное черносливом и жареными грецкими орехами, запеченное со свежим помидором и сыром „Эмменталь“, с соусом из красного вина, можжевельника и брусники».

– Возьмите лучше рулет из ягненка, – посоветовал Дронго, – и выберите себе салаты по вкусу. Кстати, какое вино вы предпочитаете – французское, американское?

– Американское. У французов большее разнообразие, зато калифорнийские вина, как правило, более насыщенные и с редким букетом.

– Какое конкретно вино? – спросил Дронго.

– Каберне сoвиньон восемьдесят пятого или восемьдесят седьмого года, – попросил Бергман, – и минеральную воду.

– Теперь я убедился, вы действительно настоящий гурман, – улыбнулся Дронго, когда официанты покинули кабинет. Он оглянулся, многозначительно взглянув на портфель, лежавший на стуле, в углу кабинета.

– Надеюсь, вы пригласили меня не для того, чтобы убедиться в этом? – засмеялся Давид Самуилович.

– Не только. Думаю, что вы уже знаете, почему я вас пригласил.

– Догадываюсь, – подмигнул ему Бергман, на его румяном круглом лице появилось лукавое выражение, – хотя не уверен, что вы будете играть на моей стороне.

– Почему?

– Иначе вы бы назначили встречу в другом месте, – притворно вздохнул адвокат. – Впрочем, я вам все равно благодарен. Место для встречи вы выбрали неплохое.

– Я хочу поговорить с вами о деле Рашита Ахметова, – признался Дронго.

– Я занимаюсь этим делом не так давно, – сказал Бергман, – он наделал много глупостей и ошибок, но я надеюсь, что общими усилиями нам удастся отстоять его доброе имя.

– После того, как вы приняли на себя защиту его интересов, он отказался от первоначальных показаний.

– И правильно сделал. Следствие велось с грубейшими нарушениями закона, вся процедура его ареста и обысков была одним сплошным нарушением. Почему он должен во всем признаваться и брать на себя вину других людей?

– Давид Самуилович, – мягко заметил Дронго, – вы же знаете, как на самом деле все произошло.