Идеальная мишень

– Интересно, – в задумчивости проговорил Дронго, – очень интересное дело. Значит, вы убеждены, что между арестом Ахметова в Москве и арестом Чиряева в Берлине есть прямая связь?

– Абсолютно убеждены, – кивнул Романенко, – Ахметов был арестован двадцать седьмого июня, а уже десятого июля в Берлине арестовали Чиряева. Причем арестовали на границе, в тот самый момент, когда он рейсом из Москвы прибыл в Берлин. Арестовали прямо на границе. Мы проверили. Оказывается, запрос на арест Чиряева был оформлен через Интерпол еще второго июля.

Таких совпадений не бывает. Конечно, мы тогда ничего не знали. Фамилия Чиряева всплыла только в августе. Мы дважды делали попытки вернуть его в нашу страну, и дважды суд нам отказывал. После того как исчез директор нефтяной компании, у нас нет свидетеля, который мог бы подтвердить в немецком суде обоснованность наших просьб. А без Чиряева все наши обвинения строятся лишь на первоначальных показаниях Ахметова, от которых тот уже отказался.

– Подождите, – прервал собеседника Дронго, – между двумя арестами существует несомненная связь.

Но вы сказали, что Чиряева арестовали в Берлине, куда он прилетел из Москвы. Правильно?

– Вот именно. Прямо на границе. Мы потом хотели узнать, почему в Москве не было известно о намерении Интерпола арестовать Чиряева. Но никто не дал нам вразумительного ответа. Объясняли, что в странах Западной Европы более надежная информативная сеть. Это довольно неправдоподобно, если учесть, что запрос был оформлен еще второго июля, но в московское бюро Интерпола он не пришел.

– Тогда получается, что кто-то сознательно подставил Чиряева, спровоцировав его арест именно в Берлине, – сделал вывод Дронго.

– Вот это нас и волнует, – сказал Романенко, отодвигая от себя уже остывший чай, к которому он так и не притронулся. – Ведь, по логике вещей, Чиряева могли арестовать и в Москве. Или в Вене, куда он собирался лететь после Берлина. Но его арестовали именно в Берлине, поскорее, чтобы изолировать от нас.

– Ахметова вы арестовали двадцать седьмого.

Когда он стал давать показания?

– Буквально на следующий день. Вы же знаете, что самые ценные показания бывают сразу после ареста, когда человек еще находится в состоянии шока. Мы нашли довольно внушительную сумму иностранной валюты у него на работе и на даче. Он подробно рассказал, как выходил на Чиряева и как тот оказывал давление через своих людей на руководство нефтяной компании «ЛИК».

– Он назвал фамилии?

– Разумеется.