Год обезьяны

Мать мне рассказывала, что простояла четыре часа, чтобы купить билеты на его концерт.

– Он тогда был очень популярен.

– Он и сейчас очень популярен, – сказал Мелентьев, – хотя прошло уже больше сорока лет и моей матери далеко за семьдесят.

– Меня назвали в честь деда, – сообщил Сафаров. – Кстати, Муслима Магомаева тоже назвали в честь деда, который считался одним из основоположников современной музыки в Азербайджане. Именем его известного деда названа филармония в Баку.

– Очень интересно, – согласился Мелентьев. – Что-нибудь будете пить? Чай или кофе?

– Ничего, – ответил Муслим. Он понимал, что следователь изо всех сил оттягивает начало неприятного разговора. Он взглянул на сидевшего рядом Сергея Алиева, как бы предлагая ему начать разговор.

– Наш дипломат прилетел из Баку, чтобы утрясти все вопросы, – начал Сергей, – которые могут возникнуть во время расследования этого дела. Я имею в виду и отправку тела.

– У нас вчера был очень тяжелый разговор с родственниками погибшего, – тяжело вздохнув, произнес Мелентьев.

 – Прилетели его отец и дядя. Отец работает первым заместителем министра, а дядя руководитель отдела в вашем Министерстве национальной безопасности. Они приехали не одни, а с заместителем начальника управления ФСБ по нашей области. Не поверите, какое давление я вчера выдержал. Меня даже вызывали к городскому прокурору. Но я не могу дать согласие на экстрадицию тела, пока не закончено наше расследование.

– Разве вам может понадобиться дополнительная экспертиза? – уточнил Сафаров. – По-моему, патологоанатомы могли составить необходимое заключение уже при первом освидетельствовании… И мы вполне можем забрать тело нашего дипломата.

– У нас возникли сомнения, – возразил Мелентьев. – Вы уже, наверно, слышали, что ваш дипломат погиб не от удара ножом, а после обильной потери крови. Я хочу провести вторую экспертизу, чтобы уточнить, мог ли он остаться в живых, если бы ему вовремя оказали помощь.

– Для чего?

– В таком случае можно будет предъявить обвинение не по статье «покушение на убийство», а нанесение тяжких телесных повреждений и оставление человека без должной помощи. Вы меня понимаете? Извините, что говорю несколько профессиональными терминами.

– Я все понимаю, – мрачно ответил Муслим, – я юрист по образованию.