Эшафот для топ-модели

– Потому что Аракеляна ее прелести, это правильное слово – «прелести», его не волнуют. А вот Алан сходит с ума. И ей нравится его все время мучить.

– Мне тоже все надоело, – призналась Галина, – только куда я смогу уйти? Вернуться к себе в Люблино. Кроме мамы, младшей сестры и моего шестилетнего сына, я больше никому не нужна. Сестра учится заочно в институте и получает зарплату секретарши в своем техникуме. А мама уже давно болеет и получает нищенскую пенсию. Без моих денег они просто пропадут. Поэтому я никуда не могу уйти.

– Я тебя понимаю, – кивнула Беата, – это всегда сложно. У меня дочь уже взрослая, вышла замуж. Он хороший парень, работает в железнодорожной компании, нормально зарабатывает. А с мужем я давно развелась.

– Тебе легче, – согласилась Галина, – отвечаешь только за себя. А мне гораздо сложнее. Ой, который час?

– Уже половина десятого, – взглянула на часы Беата.

– Тогда есть еще много времени, – успокоилась Галина, – она приказала зайти к ней в половине одиннадцатого. Сегодня в двенадцать она должна быть в доме Ланвина.

– Значит, я ей сегодня не буду нужна, – поняла Беата.

Они поднялись и пошли к выходу из ресторана. Дронго не повернул головы в их сторону, чтобы не привлекать к себе внимания. Он видел, как сидевший чуть дальше Павел Леонидович и его помощник негромко переговариваются.

Допив свой чай, он вышел из ресторана. И увидел стоявших внизу Аракеляна и неизвестного мужчину лет сорока. У мужчины были зачесанные назад темные волосы, длинное, немного вытянутое лицо, глубоко вдавленные глаза.

Он был чуть выше среднего роста, одетый в темный костюм, белую сорочку и галстук известной итальянской фирмы, чьи галстуки считались образцами элегантности. В нагрудном кармане торчал платок. Они негромко о чем-то переговаривались на французском языке. Было заметно, что незнакомец нервничает. Аракелян пытался его успокоить, но мужчина злился и, перебивая своего собеседника, снова и снова что-то доказывал.

Дронго подошел к портье. Сегодня дежурила другая женщина.

– Доброе утро, – поздоровался он, – я собирался завтра уехать. Можно продлить мое проживание еще на одни сутки?

– Сейчас посмотрю. – Она включила свой компьютер, начала проверять свободные номера. Затем утвердительно кивнула головой. – Да, это возможно. Я продлила вам проживание еще на одни сутки. Вы говорите по-русски? – неожиданно спросила она.

– Говорю, – ответил Дронго.

– Я из Киева, – пояснила портье, – меня зовут Людмила. Очень приятно.