День Луны

– В сберегательную кассу, – строго кивнул уже окончательно определившийся Звягинцев, – сейчас я вам выпишу квитанцию.

– Давай, – кивнул его собеседник, словно разрешая ему это сделать. Старший лейтенант нахмурился. Может, он ошибается. И это просто обычные загулявшие «качки» из охраны какого-нибудь бизнесмена. Обычные права. На имя Леонида Вишнякова. Может, все-таки что-то не так?

– Вы не дали мне документы на автомобиль, – напомнил Звягинцев.

– Да, – подтвердил водитель, – не дал. Сейчас дам.

И почему-то не полез в карман, а поднял газету с переднего сиденья. Звягинцев не успел даже понять, что именно происходит. Он не успел даже испугаться. Водитель поднял огромный револьвер, и в самый последний момент старший лейтенант с ужасом понял, как именно он ошибался и почему этот водитель был так спокоен. Выстрел прямо в упор мгновенно разбил лицо, отбрасывая офицера ГАИ от машины. Парамонов, увидевший, что произошло, повернулся назад, пытаясь достать с заднего сиденья автомат.

Ему повезло, он сразу схватился за оружие и даже успел открыть дверцу автомобиля. Но стоявший рядом «дачник» вдруг поднялся и трижды выстрелил из пистолета, отбрасывая его прямо в автомобиль. Парамонов еще дышал, когда кто-то подошел к нему и грубо вытащил, опуская на землю.

– Все равно машину испачкали, – раздался чей-то недовольный голос.

– Я не мог ждать, пока он вылезет из автомобиля с автоматом, – ответил другой, – он бы разнес вас всех на мелкие кусочки. Мы и так много времени потеряли, пока вы болтали с этим старшим лейтенантом.

– Этот еще, кажется, жив, – сказал первый голос.

– Скоро не будет, – уверенно сказал второй.

Парамонов не испытывал боли. Ему не было даже страшно. Последние его мысли были о семье. Ему было их жалко. Он еще успел почувствовать, как кто-то подошедший заслонил ему восходящее солнце и, наклонившись, выстрелил в сердце. И больше он ничего не почувствовал.

– Трупы нужно будет спрятать, – приказал «дачник».

 – Сукины дети, вы нам чуть все не испортили. Опоздали на десять минут.

– Зачем? – удивился кто-то. – Какая разница! Все равно через час все будут об этом знать.

– Все равно нужно спрятать трупы. Нельзя оставлять здесь этих офицеров. Иначе у нас не будет в запасе и этого часа.

Москва. 6 часов 18 минут

Тяжелая дверь медленно открывалась. В руках у подполковника был небольшой контейнер, полученный им в хранилище биологического оружия.