День Луны

Карим, сидевший в углу машины, был отброшен на тротуар, где лежал, задыхаясь и хватая губами воздух. Он понял наконец, чему улыбался Седой, когда он просил у него прибавки. Седой точно знал, что больше не придется платить ни одного доллара. Карим умер через несколько минут после взрыва. Последние его мысли были о неполученных деньгах. Это волновало его даже больше предательства Седого.

Москва. 9 часов 41 минута

После того как генерал Зароков назвал фамилию исчезнувшего офицера и после реплики министра обороны в кабинете наступило гнетущее молчание.

Лодынин и Колесов быстро переглянулись. С другой стороны стола на них неприязненно смотрел генерал Орлов. Он давно уже метил на должность самого Колесова и не любил чересчур самостоятельного начальника военной разведки. Генерал Семенов нахмурился, а генерал Масликов с облегчением отметил, что исчезнувший офицер не принадлежит к его ведомству.

Зароков и Борисов по-прежнему стояли, ожидая следующих слов министра обороны. Тот понял, что, сказав первую фразу, обязан сказать и вторую.

– Контейнер нужно найти, – приказал он тоном, не терпящим возражений, – найти немедленно. И найти вашего офицера. Этого предателя-негодяя.

– Найдем, – уверенно сказал Зароков. – На контейнере установлен специальный маяк, своего рода отражатель лучей, которые есть на наших самолетах. Мы уже связались с Московским военным округом, нашли Арзамасцева. Я думаю, через полчаса, самое большее через час, мы сумеем через сеть нашей противовоздушной обороны, задействовав наши спутники наблюдения, выяснить, где именно находится контейнер.

Министр нахмурился. Внешне все правильно. Но почему Зароков осмелился давать указания Арзамасцеву без его ведома? Командующий Московским военным округом – это не просто командир нескольких воинских соединений. Это человек, от которого во многом зависит состояние безопасности столицы, а значит, и всего государства. И те войска, которые находятся под его командованием, значат всегда гораздо больше, чем вся остальная армия.

– Кто звонил Арзамасцеву? – хмуро спросил он, словно это было единственное, что его волновало.

– Я попросил позвонить ему генерала Масликова, – доложил Зароков. Масликов быстро вставил:

– Мы не могли долго ждать. У нас были такие потери. И я доложил начальнику Генерального штаба и получил его разрешение.

Колесов кивнул головой.

«Тихоня», – с неожиданной ненавистью подумал министр и уже вслух сказал:

– В таком случае приказываю.