Цена бесчестья

Нужно будет узнать об этом у Бориса Самуиловича. И самое интересное, что часы тоже не взяли. Это уже совсем плохо. Значит, она была приговорена людьми, для которых цена не имела значения. И любые деньги тоже не имели никакого значения. Он осторожно захлопнул коробочку и положил часы на место.

– Позвоните еще раз Борису Самуиловичу, – попросил Дронго.

Аслан Ганеев согласно кивнул и достал аппарат. Набрал номер и передал телефон Дронго.

– Извините, что беспокою вас так поздно, – сказал Дронго, услышав знакомый голос, – вы знали всех ухажеров Веры Логутиной?

– Возможно, что не всех, – осторожно ответил Каплунович, – а почему вы спрашиваете?

– Я нашел часы от Делано, – пояснил Дронго, – в фирменной упаковке.

– Только не я, – рассмеялся Борис Самуилович, – я, конечно, хорошо к ней относился, но такие подарки я могу сделать только жене. Сколько стоят такие часы? Тысяч тридцать?

– Я думаю, около пятидесяти. Во всяком случае, более сорока.

– Нет, нет. Никто не мог сделать Вере такой роскошный подарок. Никто из ее окружения.

– А ее бывший ухажер?

– Саша Линдт? Никогда в жизни. Во-первых, он достаточно расчетливый и аккуратный человек. А во-вторых, у него просто не было таких шальных денег. Он, конечно, богатый человек, я думаю, даже миллионер, но часы за пятьдесят тысяч он бы не стал дарить никогда в жизни. Ездил по Москве на подержанном «БМВ» десятилетней давности. Нет, он не любил подобной роскоши. У прибалтов свои понятия о подарках.

– Нет. Я начинаю думать, что вы крупный специалист именно по восточным мужчинам.

– Смешно, – согласился Каплунович. Но голос у него был достаточно серьезный. – Где лежат эти часы? Я их не находил.

– Вы тоже смотрели в шкафу?

– Конечно. Я сначала все сам осмотрел, а потом уже вас пустил. Или вы думали, что могло быть иначе?

– Нет.

– Возможно. Спасибо, что предупредили. Приеду и заберу эти часы. Такую роскошь нужно хранить в сейфе или в другом месте. Если еще вам понадоблюсь, звоните в любое время.

– Надеюсь, про часы я могу спросить у вашей жены?

– Я сам у нее узнаю. Вы знаете, о чем я подумал? Будет лучше, если вы отдадите эти часики Аслану. Пусть он мне их привезет, когда вы закончите.