Бремя идолов

Наконец он будет работать с решительным человеком, готовым для достижения своих целей использовать любые способы. Давно не хватало именно такого человека. Ветров посмотрел на свою папку и подумал, что у него все еще впереди. И шестьдесят пять лет далеко не конец жизни.

ГЛАВА 4

Римма обернулась, все еще не веря в случившееся. Рядом стоял человек, который подталкивал ее к машине. Она его узнала: чуть удлиненный нос, тонкие губы, редкие всклокоченные светлые волосы. Даже в такой ситуации она обратила внимание на его мятый двубортный серый костюм и рыжие туфли.

– Иди быстрее, – прохрипел он, зло подталкивая ее к машине. В эту секунду она поняла, что у нее есть только один шанс. Один-единственный шанс, который нужно использовать, чтобы попытаться остаться в живых. Она была достаточно сообразительным и находчивым человеком, каким и должен быть настоящий журналист.

Сориентировавшись, она чуть повернула голову и с криком рванулась к проходившему мимо мужчине.

– Миша! Миша, как давно я тебя не видела, – она обняла его и принялась целовать прямо в губы.

– Простите, – пытался отбиться неизвестный, очевидно, депутат, – вы, кажется…

– Миша, да ты посмотри лучше, – шептала Римма, продолжая осыпать его градом поцелуев.

Но чем демонстративнее проявляла она свои чувства, тем больше пугался депутат. Немного оправившись от неожиданности, он решил, что его хотят скомпрометировать. Теперь он уже вырывался из рук эксцентричной девицы изо всех сил.

– Это провокация! – закричал он. – Это политическая провокация, – отбивался он от цепких объятий Риммы. – Я не знаю эту женщину. Я никогда с ней не встречался.

А Римма, физически ощутив, как к ней сейчас приставят дуло пистолета, решила играть свою роль до конца.

– Негодяй! – взвизгнула она громко. – А наш ребенок, подлец ты эдакий! – И изо всех сил ударила ошарашенного мужчину по лицу, вкладывая в пощечину весь свой страх.

– Вы видите! – закричал депутат, обращаясь к сотрудникам охраны, уже выбегавшим из здания Думы.

– Ваши документы! – кричал на бегу капитан милиции.

– Он отец моего ребенка! – орала Римма, радуясь, что придуманный ею план сработал.

– Она врет, она все врет, – бубнил «отец ребенка», пятясь от нахалки. Вдруг он споткнулся и упал на тротуар.