Ангел боли: Путешествие по Апеннинам

Вы не учитываете огромную разницу в возрасте.

– Хорошо, – согласился комиссар, – отдадим ему вас – нашего молодого друга. Только в любом случае убийца будет охотиться на женщину. Из этого и следует исходить.

– Когда он отправил свое сообщение из Кельна, он как-то его подписал? – поинтересовался Дронго.

– Да, – ответил Даббс. – И довольно необычно – Ангел Боли. Вот так поэтично.

– Неужели он читал Гумилева? – нахмурился Дронго. – Может, он из эмигрантов.

– Я вас не понял, – признался Вирджил Даббс.

– У русского поэта Гумилева есть такое стихотворение. Правда, написал он его очень давно. Девяносто лет назад. И посвятил его женщине.

– Возможно, совпадение, – предположил Даббс.

– А если нет? – вставил Доул. – Нужно будет еще раз проверить.

– Когда мы вылетаем в Италию? – задал последний вопрос Дронго.

– Завтра утром, – ответил Брюлей. – Мы уже заказали билеты и для тебя тоже.

Глава 4

В эту ночь Дронго спал плохо. Способность видеть цветные сны была одной из его особенностей, но самое поразительное заключалось в том, что он почти всегда помнил свои сны.

– Ты плохо спал? – спросил он.

– Я вообще плохо сплю перед полетами, – признался Дронго, – не люблю летать.

– Вот этого я о тебе не знал, – пробормотал комиссар. – В следующий раз попрошу, чтобы тебе заказали билет на поезд.

– Надеюсь, следующего раза не будет, – улыбнулся Дронго.

В салоне самолета его место оказалось рядом с Мишелем Доулом. Англичанин сел в кресло, испытывая явный дискомфорт от того, что не может насладиться своей трубкой. В самолетах почти всех европейских компаний на борту курить запрещено. Дронго попросил у стюардессы стакан водки и томатный сок с лимоном. Доул удивленно приподнял бровь.

– А мне только газированную воду, – попросил он.

Стюардесса выполнила заказ обоих пассажиров. Дронго смешал водку с томатным соком и залпом выпил.

– Вы нервничаете? – поинтересовался Доул.

– Из-за полета, – пояснил Дронго, – не люблю летать.

– В Европе это всегда не так далеко, – напомнил Доул, – легко пережить. Я тоже не особенно люблю самолеты, но зато это самый быстрый способ передвижения из всех, которые доступны нам в начале двадцать первого века.

– Прогресс, – горько заметил Дронго.