Наследник для нелюбимого Альфы

Продавщица алкомаркета смотрела на мою тележку круглыми глазами, а когда пробивала и смотрела на увеличивающуюся сумму, то округлялся и её рот.

– С вас… – она озвучила цифру, но я даже внимания не обратил, просто расчитался картой и ушёл.

Мелькнула мысль, что на Миру я отреагировал слишком уж бурно, поэтому нужно просто найти ей замену. То есть, кого-нибудь трахнуть. На этот случай у меня всегда были забиты несколько номеров, но мне стало жутко лень разводить разврат. Вообще люди и нелюди достали, запрусь в доме и буду бухать.

Дальше всё было как в тумане. Я знал только то, что прошло четыре дня. Но что именно в это время происходило, я понятия не имел. Мне пришлось влить в себя столько алкоголя, чтобы напиться до беспамятства, что грандиозные запасы, приобретённые в тот день закончились вот сегодня. В общем-то, это и было поводом, по которому я пришёл в себя.

Благодаря тому, что я альфа, похмелье меня не терзало, но зато терзало ощущение собственной никчёмности. А ещё я смутно помнил, что вчера ко мне заявилась Лиза, кажется, кричала на меня.

Сестру дома я не нахожу, но это и хорошо, потому что благодаря этому я успеваю привести себя в относительный порядок. Всё-таки, алкоголь не лечит. А жаль, очень жаль, так бы пил почаще и не был бы полным идиотом.

К вечеру приходится возвращаться к работе, кто бы сомневался, что целую неделю никто без меня не продержится. А было бы неплохо, у меня бы, учитывая, что сейчас только вечер вторника, осталось ещё целых пять дней на то, чтобы отдохнуть.

Ровно в девять вечера в мой кабинет фурией врывается сестра, с места начиная кричать:

– Марк, ты просто урод! Не верю, что это говорю, но я кажется начинаю тебя ненавидеть.

Пусть выпад сестры и оказывается для меня неожиданностью, я остаюсь спокоен. Мало ли что там ей в голову взбрело?

– Может быть чуть больше подробностей? А то я и не знаю, за что мне каяться.

Лиза от моего сарказма закипает ещё больше.

Ха-ха, блин, думаю всякую чушь. Лиза пусть и любила не ограничивать себя в финансах, любила шмотки, все равно относилась к этому весьма прохладно. Вот если я какое-нибудь коллекционное издание книги в кожаном переплёте попортил, то мне, конечно, пиздец.