Крым наш. Возвращение империи

Шустер всегда говорит по-русски на телевидении, но его программа – это нечто иное, чем так называемые дискуссионные программы на российском телевидении, где ни у кого нет права усомниться в мудрости государственного руководства. Последний раз крымчане смогут увидеть программу, в которой сторонники присоединения Крыма к России и те, которые хотят, чтобы Крым остался в составе Украины, кричат в рот друг другу, но время от времени также дискутируют почти цивилизованно. Сотрудники Шустера сделали представительный отбор крымчан и пригласили их в студию в Киеве, чтобы они сказали в прямом эфире, что они думают.

– Даже для разводов существуют правила. Если мы хотим разъединиться, мы должны стараться делать это цивилизованно, – говорит Савик Шустер в камеру, а потом улыбается немного смущенно, когда его гости в телестудии не могут придерживаться нормального тона диалога.

Тем временем продолжается избиение журналистов возле автомашины в Севастополе, где Елена Механик сидит и дрожит от страха.

– Они разбили все камеры, они забрали все наши документы и карты памяти. Я слышала выстрелы, и тела забрасывали в багажники. Я не знаю, что происходит, потому что одновременно кто-то светит мне в лицо и допрашивает меня. Но потом кто-то звонит одному из этих мужчин, и вдруг они успокаиваются, бросают нам ключи от машины и говорят, что мы можем ехать. Это было так, словно телефонный звонок раздался из параллельной вселенной, я не знаю, кто позвонил, но, наверное, кто-то, кто смотрел программу Шустера, где принимал участие Аксенов.

Те, которые еще не лежали в багажнике, сломя голову сели в машину и уехали. Когда они уже были на некотором расстоянии от нападавших, они остановились, чтобы посмотреть, как чувствуют себя два человека, которые лежат в багажнике. Они живы. Пули в них не попали, нападавшие, кажется, стреляли в воздух, чтобы запугать. Но ужас не прошел, побитая автомашина, по-прежнему находилась между блокпостами сепаратистов.

– Когда мы приезжаем к блокпосту, нас, разумеется, останавливают. Там стоят казаки и люди в зеленой форме, а также обычные работники автоинспекции. Для меня милиционеры всегда означали закон и порядок, так что я делаю несколько шагов в направлении к этому работнику автоинспекции – и он смеется мне прямо в лицо.

Оказалось, что все на блокпосту уже знали, что произошло.

– Все казалось театром абсурда.