С мечом во славу Креста

– К твоим жёнам, относились с должным почтением! Как к царицам! А дети твои, не знали бед и лишений! Присягаюсь в этом, именем Господа Бога нашего!

Ибн Хамуд понимал, что если уж Рожер решил взять Энну, то он не отступит. Даже если он откажется от своих жён и детей, будет отчаянно сопротивляться, то рано или поздно, нормандцы всё равно возьмут его неприступную крепость. Так к чему лишние тревоги, волнения, военные беды и реки крови? «Лучше сразу сдаться христианам» – решил Ибн Хамуд.

– Ты обещаешь, жизнь и спокойствие мне и моим детям?

– Да, клянусь в этом! Если примешь истинную веру нашу, то я дам тебе достойные и богатые земли в Калабрии, и живи там с миром, наслаждайся жизнью!

Ибн Хамуд с беспокойством оглянулся на свою свиту, стоявшую поодаль, и не слышавшую их разговор с Рожером.

– Я не могу, вот так просто, сдать тебе Энну, мне надо сохранить собственное достоинство[10 - Готфрид Малатерра пишет, что Ибн Хамуд боялся мести своих людей, если они узнают об измене и о его согласии принять христианскую веру].

– Хорошо… – Рожер немного подумал, раскачиваясь в седле. – Тогда слушай…

Через несколько дней, с эскортом из знати и своих ближайших советников, навьючив всех мулов и лошадей припасами, взяв лучшие войска, Ибн Хамуд, никому не говоря куда они идут, покинул Энну.

Они зашли в глубокое и узкое ущелье, по дну которого тёк бурный ручей, а вокруг возвышались высокие и мрачные скалы.

– Идём в тыл христианам!

– Не иначе!

– Наш эмир знает что делает!

– Нападём на них неожиданно и разобьём!

– Во имя Аллаха!

– Засада! Засада! Норманны!

Выход из ущелья был перекрыт готовыми к бою нормандскими рыцарями, за ними виднелись копья пехоты, а скалы по обеим сторонам ущелья были усеяны лучниками.

Сопротивление было бесполезно, все понимали это, и Ибн Хамуд, для приличия переговорив со своей свитой, слез с седла, подошёл к Рожеру, и стал на одно колено, сдался ему в плен, полностью подчиняясь.

Когда нормандцы поднялись к Энне, крепость, оставшаяся без эмира, армии и знати, тут же сдалась.

Великий граф Сицилии Рожер, праздновал триумф! Грозная, мощная и неприступная Энна, к которой они впервые, вместе с Робертом, подступились в далёком теперь уже 1061 году, теперь его! Без крови, долгой осады, и без особых затрат! Целёхонькая! Рожер поднялся на самую высокую башню, и оттуда, упоённый победой, вдыхая полной грудью, с гордостью смотрел на свою Сицилию.