Последний курильщик

Призываем вас к сотрудничеству! Не оставайтесь равнодушными!”

А ещё ниже и правее – “Панацея ЛТД”, под логотипом розового ветвистого дерева, с торчащими из земли наружу корнями, и вписанного в круг с чёрным фоном.

“Жирно”, – подумал я, присвистнул, и поймал себя на мысли, что и сам бы не прочь заработать такие деньги.

“Мода что ли на такое сочетание пошла?” – критически оглядел я профессиональным взглядом логотип. Мой заказчик тоже требовал эти цвета и заказ я отработал на все сто. Едва я подумал об этом, как меня тут же передернуло – “Что за…?” Я уставился во все глаза в окно автобуса – параллельно ему, ехала машина моего дизайна, которая никак не могла быть реальной, ведь разрабатывалась она, по словам заказчика, всего лишь для компьютерной игры.

Черно-розовая. С угловатыми спортивными формами мускул кара. С тонированными стеклами и низким спойлером. Крупными колесами и всепогодными покрышками, высоким клиренсом. Ехала урча мощным, судя по звуку даже в салоне автобуса, турбированным двигателем и с вертикально вращающимися бело-синими проблесковыми маячками.

Всего за несколько дней от концепта до готового продукта? Да ладно! Насколько же велики ресурсы этой самой “Панацеи”? Я уставился на результат своего дизайна, не веря своим глазам. “Вот тебе и игра”, – усмехнулся уже новой идее, – по всей видимости, я обскакал более матерых дизайнеров своим концептом. Меня охватила гордость за проделанную работу, которой, как ничем прежде, я загорелся. Пока не увидел под узким спойлером на багажнике обогнавшей уже автобус машины, розовое ветвистое дерево.

Через одну остановку я вышел.

По пути в супермаркет, в котором продавалось всё, от тортиков до гвоздей и обоев, мой путь пролегал через специализированный магазин по продаже электроники. Старый сотовый не выдерживал уже никакой критики – постоянно терял заряд, едва снимался с “привязи”, и я предвкушал покупку новой модели на замену.

Магазин был большим. С огромной витриной, в которой выставили телевизоры, транслирующие различные телепрограммы, экранами на улицу.

– И никому их не жалко? – спросил ребёнок.

– Никто не жалеет убийц, – ответила ей мать, – и ты не жалей.

– Почему? – новый вопрос.

– Они – нелюди.