Опасные странствования. Исторический авантюрный роман

Следуй за нами!

Они перешли в небольшую комнату с задернутыми шторами. Дагвинд отметил про себя, что король говорит по-шведски с меньшим акцентом, нежели во время встречи в Эргрюте, однако было ясно, что он охотнее говорил бы по-немецки. Он что-то сказал канцлеру Оксеншерне, перемежая свою речь латинскими словами.

В комнате были диван, несколько стульев и письменный стол. Оксеншерна жестом пригласил Дагвинда сесть. Король разместил свой обширный зад на диване, а Дагвинд опустился на один из стульев.

Дагвинд удивился. Встреча была столь важной, что надо было вести протокол?

– Ты, конечно, хотел бы знать, зачем я вызвал тебя в Стокгольм, – сказал король Густав Адольф.

– Подданому не подобает задавать себе такие вопросы, ваше величество, – ответил Дагвинд. – Когда правитель призывает тебя, ты должен повиноваться, и только.

Король улыбнулся. Говорили, что он холерик, но признаков этого Дагвинд не заметил. Густав Адольф хлопнул его по плечу, получив неодобрительный взгляд канцлера.

– Посмотрим, можешь ли ты угадать!

– Может, вашему величеству нужен лекарь… или фельдшер на войне?

Правитель рассмеялся, и смех его эхом прокатился меж каменных стен.

– Чуть не забыл, что ты исправил мое растяжение в Гётеборге. Но нет, не в этом качестве. У тебя есть несколько нужных мне свойств, дорогой мой Дагвинд Мартинссон.

– Проходя через Рикссален, я слышал разговоры, которые заставляют меня думать, что немецкий – это язык, который все знают.

– Именно так! Но люди, на которых я смею полагаться, говорят на слишком хорошем немецком. Ты сказал, что можешь говорить на народном языке.

– На языке простолюдинов?

– Именно! К тому же ты знаешь голландский, это чудное кудахтанье. Ты образован, но выглядишь как простолюдин. Тот, кто тебя не знает, никогда не поверит, что ты принадлежишь к знати.

– Прошу меня извинить, ваше величество, – сказал Дагвинд. – Но путь сюда был тяжелый, и одежда, которую я взял с собой, в дороге поистрепалась.

Король уставился в стену, и казалось, что он не слышит извинений. Оксеншерна в упор рассматривал Дагвинда, и взгляд его контрастировал с дружеским выражением на его лице.