Президент планеты

Именно в ту сторону вели её мужчина и женщина, однако сами здания медицинского центра они обошли и направились к жилым домам сразу за ними.

В этот момент мимо них проехала колонна бронетранспортёров с эмблемами рычащего питбуля в восьмиугольнике. Возможно, «бешеные псы» ездят по городу и ищут её. В таком потрёпанном виде они бы её не узнали даже в упор.

– Как вас зовут? – спросила Аня.

– Меня – Берит, – ответила женщина. – А моего мужа Арне.

– Арне-дварне, – пробурчал мужчина.

– Я Анетта.

– Приятно познакомиться, Анетта, – ответила Берит.

От такого вопроса у Ани глаза на лоб полезли. Они подумали, будто она бездомная сирота. Разубеждать их она не стала: не придётся отвечать на неудобные вопросы.

– Два месяца назад в авиакатастрофе, – соврала Аня и почувствовала лёгкие уколы адреналина по спине. Она никогда раньше не врала о крупных вещах и теперь чувствовала физический отклик на свои слова.

– Их самолёт рухнул? – удивилась Берит.

– Да, в Средней Азии. Это была ракета боевиков.

– Ничего себе, бедняжка.

В голосе Берит было столько горечи и сочувствия, что Аня почувствовала стыд за своё враньё. У неё засосало под ложечкой, но остановиться она уже не могла:

– Они летели в командировку в Пакистан, делали крюк через Дели и пролетали над самой границей. Там сидели отряды армии освобождения. Они их и сбили.

– Извини, что напомнили об этом.

– Ничего, я уже смирилась, – ответила Аня. – Мой отец был алкоголиком и бил маму, а она била меня.

Вместо ответа Берит и Арне переглянулись. Во взгляде мужчины читалось: «Бедная девочка». Женщина лишь задумчиво и печально смотрела вдаль.

Здания в этом районе были невысокие – в основном пять этажей. Дом семейной пары был на углу Амади и Вебекс, прямо напротив одной из башен «Тилайфа». Ночью, должно быть, этот небоскрёб светил жильцам в окна и не оставлял в темноте ни на минуту. Они поднялись по отполированным тысячами ног ступеням на второй этаж и вошли в тесную квартиру, больше похожую на склад.

В нос дохнуло затхлостью. Аня не представляла, как здесь можно жить – этот дом был ничуть не лучше их подвала, а квартира – хуже помещения уборщика, где тот хранит швабры и моющие средства. Несмотря на то что полы на лестнице были вымыты, Ане казалось, она видит грязь. Несколько секунд Аня всерьёз раздумывала, чем такая тесная и некрасивая квартира лучше улицы.