Последнее поколение

Они обменялись весёлыми улыбками, и марокканец повторил своё предложение, на этот раз серьёзнее:

– Теперь ваша очередь.

– Ну уж нет, после такого выступления не вышел бы даже Пол Миллиган, – произнесла темнокожая девушка. Она, должно быть, заметила татуировку на теле араба с изображением этого музыканта.

– Теперь. Ваша. Очередь, – повторил марокканец безжизненным голосом, не оставляющим места для спора.

– Поднимайтесь на сцену, птенцы, не заставляйте меня доставать оружие, – произнёс араб в кожаной шляпе у него за спиной.

Угрюмый мужчина рядом с Дарвином достал из кобуры пистолет. Он был направлен на гостей, но те его не видели. Дарвин надеялся, что гости не начнут приставать к нему или его спутнице, иначе начнётся перестрелка. Ему на сегодня уже хватило смертей.

– Чего пристал? – выкрикнул старик. Этой ночью он был самым смелым в клубе. – Видишь же, не хотят. Если так хочется увидеть женское тело, идите в бордель и наймите проституток.

– Нам нужна свежая кровь, – сказал марокканец, и араб у него за спиной передал ему пистолет.

Выглядело оружие так же элегантно, как и его владелец: белое, с серебряным орнаментом, переливающееся перламутром. Оно разительно отличалось от чёрного и холодного, которое держал под столом мужчина с квадратным лицом.

У белого пистолета наверняка должно быть имя: не могло такое красивое оружие оставаться безымянным, только Дарвин побоялся спрашивать об этом.

Пистолетом марокканец провёл вдоль сидящих студенток, после чего поднял выше и выстрелил в стену над их головами.

Раздался грохот, и в ушах засвистело. С удивлением Дарвин отметил: оружие оказалось ничуть не менее смертоносным, несмотря на выставочный вид.

Молча мужчина приблизился к одной из девушек за столом – блондинке, старавшейся раствориться в собственной бутылке с водой.

– Поднимайся, – сказал он и дёрнул её за локоть. Дуло пистолета он держал возле её лица. Дарвин боялся, что тот случайно нажмёт на спуск и такая же аккуратная дырочка, какая сейчас находилась на стене, появится в голове студентки.

– Я не умею, – тихо произнесла она.

Марокканец её не слушал, он толкал её по направлению к подиуму, где одним движением взял её за бёдра и поднял вверх.

– Парни, включите ей музыку, – попросил он, и один из его приятелей поднял телефон. По клубу разлилась громкая поп-музыка с арабским вокалом.

Краем глаза Дарвин следил за мужчиной рядом с собой. Того, кажется, совсем не интересовало происходящее в клубе.