Школа Добра и Зла. Кристалл времени

Эстер просунула руку в трещину, стараясь вслепую, по памяти, навести загоревшийся кончик своего пальца на Райена и Софи, сосредоточилась, представляя себе сцену под тем углом, под каким собиралась ее увидеть, зажмурила глаза и прошептала:

– Рефле?кта азимо?ва…

И тут же внутри тюремной камеры появилось парящее в воздухе плоское, как экран, изображение. Краски были бледными, как на выцветшей картине, зато изображение теперь стало крупней, увеличилось, однако стоящих на балконе Голубой башни Райена и Софи можно было видеть только сбоку, в профиль.

– Так это заклинание позволяет увидеть вблизи то, что происходит далеко отсюда? – присвистнул Хорт. – Ничего себе! А почему никто не показал мне это заклинание в школе?

– Потому что мы знали, как бы вы его использовали, профессор, – ехидно хмыкнула Доуви.

– А почему мы не видим их спереди? – спросила Беатриса, вглядываясь в Райена и Софи. – Лиц-то у них совсем не видно…

– Это заклинание не изменяет угол, под которым сцена видна сквозь дыру, – раздраженно ответила Эстер.

На висящей в воздухе картинке Райен все еще продолжал разговаривать с толпой, но его высокая, одетая в синий с золотом костюм фигура оставалась слегка в тени. Одной рукой он держал Софи.

– Почему она не убегает? – спросила Николь.

– Или не прихлопнет его каким-нибудь заклинанием? – сказал Уильям.

– Или хотя бы не врежет ему как следует под зад коленом, – добавила Дот.

– Я же говорила, что ей нельзя доверять, – развела руками Рина.

– Нет, дело не в этом, – возразила Эстер. – Вы лучше приглядитесь внимательнее.

Все начали вглядываться в картинку. Лиц Райена и Софи по-прежнему видно не было, зато со спины легко можно было разглядеть, как дрожит Софи в своем розовом платье. Как побелели костяшки пальцев на руке Райена, которой он крепко держит Софи. А в другой руке у Райена Экскалибур, и острый кончик меча прижат прямо к позвоночнику Софи.

– Грязный негодяй, – покачала головой Беатриса и продолжила, повернувшись к профессору Доуви: – Вы говорили, что Райену необходимо, чтобы Софи сохранила ему верность.

– Увы, многие мужчины добивались от своих жен верности с помощью меча или кинжала, – погрустнев, ответила декан.

– У Софи всегда был плохой вкус на мальчиков. Вечно она выбирала себе не пойми кого! – вздохнула Дот.