Битва за Сирию. От Вавилона до ИГИЛ

В 491 году собрался собор церквей Закавказья (Вагаршапарский собор), который отверг постановления Халкидонского собора, как слишком похожие на несторианство.

В 505 году собрался Первый Двинский собор Закавказья. Собор еще раз осудил несторианство и принял документ “Послание о вере”, который не сохранился до наших дней. В этом документе церкви Армении, Грузии и Албании осудили несторианство и крайнее монофизитство, признав основой веры умеренное монофизитство»[3 - Материалы сайта: http://grigor-yan.livejournal.

В итоге сейчас в большей или меньшей мере монофизитской является Армянская церковь, приверженцы которой и сейчас есть в Сирии, копты в Египте и какое-то число яковитов в Сирии.

В конце VII века, в связи с арабским завоеванием, марониты потеряли связь с Константинополем и поэтому в 687 г. избрали собственного патриарха – Иоанна Марона. Ему приписывается ряд важных для маронитской церкви сочинений, а также чин маронитской литургии. Избрание собственного патриарха вызвало конфликт маронитов с Византией и поддерживающими ее мелькитами и яковитами.

В начале VIII века из-за непрекращавшихся преследований маронитские монахи вместе с группой своих последователей перебрались в отдаленную область горного Ливана, где несколько веков просуществовали в относительной изоляции. Именно в этот период они осознали себя особой Церковью и стали именовать своего епископа патриархом Антиохии и всего Востока.

В XII веке, когда крестоносцами было основано Антиохийское княжество, марониты вошли в контакт с латинской Церковью. В 1182 г. марониты формально подтвердили свое единство с Римом, однако большинство маронитов считают, что они никогда и не прерывали общения с Римской церковью. Существует мнение, что до контактов с крестоносцами марониты были монофелитами, последователями учения, основанного на сочинениях монофизитского патриарха Александрии Евтихия, однако оно опровергается самими маронитами.

Патриарх Иеремия I Аль-Амшитти (1199–1230) стал первым маронитским патриархом, посетившим Рим, где в 1215 г. он участвовал в работе 4-го Латеранского собора. Этот визит положил начало тесным связям с Римом и тенденции к латинизации Церкви.