Школа Добра и Зла. Последнее «долго и счастливо»

– С ним все будет в порядке, правда? Правда? – сглатывая слезы, прошептала Агата. – Он не может, не должен умереть…

Каллиса молча подошла к комоду и принялась искать иголку с ниткой.

– Я должна была привести его сюда, мама, – прошептала Агата. – Я не могла его потерять…

– Поговорим об этом позже, – сказала Каллиса. Сказала так резко, что Агата невольно отпрянула.

Склонившись над Тедросом, Каллиса начала зашивать его рану и сделала не менее пяти стежков, прежде чем принц очнулся от боли. Увидев рядом незнакомую женщину с иглой в руке, он схватил подвернувшуюся под руку щетку и замахнулся, отгоняя Каллису.

После этого Тедрос и Каллиса ни разу не оставались с глазу на глаз и старались даже не смотреть друг на друга.

Каким-то образом Агате удалось тогда успокоить Тедроса, и он забылся беспокойным сном, а Каллиса увела дочь на кухню, задернув вход в спальню черной занавеской.

– Не сердись на него, мама, – сказала Агата, вынимая из комода две металлические миски. – Когда мы с ним впервые встретились, он и меня порывался убить.

Он тебе еще понравится, вот увидишь!

– Перед тем как он уйдет, я сошью ему новую рубашку, – сказала Каллиса, разливая в миски мутное варево.

– Ах, мама, мама! У нас на полу спит самый настоящий принц из сказочной страны, а ты беспокоишься о какой-то рубашке, – покачала головой Агата, усаживаясь на скрипучий рассохшийся стул. – Да-да, настоящий принц! Хочешь, скажу, кто он? – начала было Агата, но тут же осеклась: – Постой.

Что значит «перед тем как он уйдет»? Он никуда не уйдет. Тедрос останется в Гавальдоне… Навсегда.

– Ешь жабий суп, пока он не остыл, – сказала Каллиса, придвигая к Агате дымящуюся миску.

– Послушай, – торопливо заговорила Агата, – я понимаю, все это очень неожиданно для тебя, но… Когда Тедрос поправится, он найдет в городе какую-нибудь работу. И если он начнет хорошо зарабатывать, мы, может быть, сможем переехать в какой-нибудь другой дом, просторнее этого. Тогда у нас появятся новые соседи… – И, криво усмехнувшись, уточнила: – Живые…

Каллиса окинула дочь холодным взглядом, вновь отвела глаза в сторону, и Агата замолчала.

Проследив за тем, куда направлен взгляд матери – на маленькое грязное окошко над раковиной, – Агата встала, подошла к этому окошку и начала протирать его влажным полотенцем. Соскоблила толстый слой грязи, и в стекло пробился яркий луч утреннего солнца. Агата заглянула в окошко – и в ужасе отпрянула назад.