Школа Добра и Зла. Единственный истинный король

 – А ещё Агата… Беттина попросила меня передать привет Агате… И Райен упоминал это имя, когда мы записывали то обращение… Агата… Но она же вовсе не мятежница и не преступница! Она же моя подруга…»

Сёстры Мистраль дружно вскинули руки и задвигали ими так, словно поворачивали в воздухе невидимый винт…

Боль в голове сделалась невыносимой, и Софи согнулась, чувствуя, что теряет сознание.

Сёстры Мистраль подхватили её под руки и потащили вперёд.

– Вам необходимо отдохнуть, – сказала Альпа. – Думайте о свадьбе, моя дорогая, только о свадьбе.

– И вы, наконец, сможете обрести после этого покой… Вечный, – добавила Омейда.

И сёстры понимающе переглянулись.

– Просто думайте о свадьбе, – повторила Альпа.

«Свадьба… – вяло подумала Софи. – А потом я смогу отдохнуть. Думай о свадьбе…»

Боль отступила, и наступило благословенное облегчение.

Да, да… свадьба всё решит и всё исправит.

3

? Тедрос ?

Волшебные шары

Тедрос и Агата стояли между двумя могилами.

В лучах закатного солнца неярко поблескивало кольцо на руке принца – серебряное, с вырезанными на нём символами, точно такими же, как на поверхности Сториана.

– Это кольцо принадлежит Камелоту, – ошеломлённо сказала Агата. – И твой отец не позволил бы тебе взять его, если бы оно не было твоим по праву. А это значит, что ты его законный наследник, Тедрос. Ты. Именно таким он и растил тебя.

Тедрос моргнул, глядя на кольцо, переваривая всё сказанное, а затем, прищурившись, спросил Агату:

– Но кто же в таком случае сидит сейчас на троне?

– Могу сказать наверняка лишь то, что это не законный наследник короля Артура, – ответила одетая в помятое чёрное платье принцесса.

– А по-моему, они два сапога пара, – пробормотал сквозь зубы Тедрос. – Вспомнить только, какую кашу она заварила, вернувшись к Райену.

– Она сделала это, чтобы помочь нам…

– Ну это ещё как знать.

– Я это точно знаю, – твёрдо заверила Агата. – Всё, возвращаемся в Камелот. Возвращать тебе трон и вызволять мою подругу.

Тедрос ещё раз взглянул на две могилы посреди маленькой рощицы. Над каждой могилой возвышался стеклянный крест. Одна могила, отцовская, была разрытой и пустой, вторая, та, что в тени, оставалась нетронутой – в ней вечным сном спал Чеддик.