Взгляни на меня

Наверно, я бы никогда не задумала писать эти строки, если бы улицы Лондона, прежде суровые и кишащие ужасом, не столкнули меня с Томом Эдвардсом.

Может, тогда и началась история? Но уже не только моя.

История возвращения. Возвращения домой.

Обрывок 2

С тех пор я больше не бралась за карандаш, часто искала утешение в книгах. Читала взахлёб, пыталась заглушить звон перепутанных мыслей. Боролась с загадочной пустотой, проглотившей горсть воспоминаний. Но я, не начеркав больше ни одного наброска, сберегла рваные кусочки портретов в бархатных мешочках.

Так обычно хранят нечто невыразимо ценное.

Как я уже писала, нельзя было отыскать фотографии среди книг, царства зеркал и прочих вещей, разбросанных по углам или убранных в ящики комода, внутрь небольшого шкафа. Но временами я натыкалась на всё ещё узнаваемое лицо. Спустя годы потратила несколько долгих, выматывающих часов, израсходовала все мыслимые запасы терпения, но сумела восстановить из бумажного крошева только последний портрет того безымянного незнакомца.

И жуткая мука выбора не обрушилась следом за воскресшим обликом из безжалостного детства. Никакого метания между роем имён. Незнакомец, стоило лишь всмотреться в его аккуратные, нежные черты, обрёл прекрасное имя, идеально подчеркнувшее сплетение печали и надежды. Томас Джонатан Эдвардс. Я любовалась надорванной линией нарисованных глаз, безумно схожих с теми, которые беспощадно опалили хрупкой чистотой и искренностью, смотрели непрерывно, почти причиняя боль.

И порой я даже жалела, что принялась склеивать рваные куски…

Том. С ним всё казалось невозможно простым, преодолимым и исцелимым. И живым. Всё, за исключением, пожалуй, Эллетры Вивьен Энри.

Но Том бы непременно с этим поспорил. Освещённые сотнями счастливых звёзд не всегда шагали по жизни без боли и сожалений.

Не всегда улыбались новому рассвету.

Да, вряд ли можно было ожидать появления имени популярного английского актёра среди фрагментов моей жизни. Самой бывает интересно задуматься, каким же престранным образом Лондон сомкнул две совершенно непохожие дороги.

Даже если бы меня попросили вспомнить, я бы вряд ли ответила, как же именно всё сложилось так, чтобы я отыскала исток новых сил в той случайной встрече. Я не назову ни точной даты, ни места, где моя ускользающая жизнь вдруг обрела особое значение. Не знаю, какого цвета был тот летний вечер. Да, непременно это произошло вечером, и не обязательно серым, хмурым, дождливым и безрадостным.