Тайна Земли

– Воздушный корабль строится в сарае Уэтерби, по крайней мере, отдельные части, когда все будет готово, там же будут собираться под моим руководством, – ответил Торренс.

– Ты собираешься каждый день ездить в Грейвсенд, чтобы руководить работой? Мне кажется, что это довольно долгое путешествие. Не отнимет ли это у тебя слишком много времени?

– При обычных обстоятельствах – да, – ответил он, – но, видишь ли, я буду ездить на частном транспорте. На самом деле я купил паровой катер, он очень быстрый, так что я смогу перемещаться туда и обратно без проблем.

– О! – воскликнул я, не в силах скрыть своего удивления даже по поводу этой незначительной и, возможно, вполне оправданной экстравагантности.

– Я полагаю, ты будешь держать на борту команду?

– О, да.

– И эта штука всегда будет ожидать тебя?

– Именно!

– Разве мы не могли бы сэкономить кучу денег, если бы спали на борту? – спросил я.

– Возможно, но я не думаю, что это было бы также комфортно. Ты, Гурт, наверняка уже не недоволен нашей каютой?

– Недоволен! Боже упаси! Я всего лишь думал о твоем кошельке.

– Об этом, мой дорогой мальчик, ты можешь заботиться сам. Кстати, ты знаешь, что нам нужно иметь больше одежды, и пару камердинеров, я думаю, ибо кто слышал о людях нашего положения, которые одеваются сами? Думаю, завтра я дам объявление в "Таймс".

– Надеюсь, что нет, – ответил я, – со своей стороны я буду чувствовать себя дураком, если рядом со мной будет возиться парень, придерживать мои брюки, пока я в них наступаю, и умывать мое лицо – насколько я знаю, даже принц Уэльский одевается сам!

– Тогда с этим покончено, – сказал Торренс, – но необходимо больше разнообразия в одежде, потому что слуги, которые нас обслуживают, одеты лучше, чем мы.

Я не стал возражать против одежды, чувствуя, что она является материальным активом, который в случае неудачи может быть использован в каких-то целях. Но камердинеры были совершенно излишни, они отнимали деньги, а также были проявлением чванства, от которого я поклялся воздерживаться.

Переход от бедности к богатству был настолько неожиданным, что это могло бы обескуражить, если бы не необыкновенное влияние моего брата. Я всегда относился к нему с непоколебимым доверием, и даже сейчас облегчение от денежного беспокойства перевешивало все опасения, которые я мог испытывать по поводу того, каким образом было получено это внезапно обретенное богатство.