Поиски в темноте

Он видел Моубрея, сломленного, отчаявшегося, в тюремной камере… видел окровавленное тело его жены, лежащее на краю поля, в таком месте, где ее сразу же увидел фермер, приехавший осмотреть урожай… плачущих детей, которые зовут мать, и мужчину, который пытается их утешить, хотя он не их отец… Потом он отчетливо увидел виселицу и узника, который, возможно, даже не понимает, за что его собираются повесить.

Хэмиш, который, как всегда, чутко реагировал на его состояние, не уставал напоминать ему о совершенных им ошибках.

Нельзя копаться в душе других людей, если у тебя самого на совести тяжкий грех. Он ведь тоже убийца. Они оба – убийцы!

– В основе дела лежит любовь, – произнес Ратлидж в темноте, стараясь заглушить голос Хэмиша в голове. Он тут же выругался, потому что слово «любовь» напомнило ему о Джин. Джин, в модном синем платье с бежевой кружевной отделкой, с букетиком, приколотым к плечу… Букетик подарил ей он, Ратлидж. Джин смеялась, занося руку с теннисной ракеткой; промахивалась, и мячик попадал в стенку.

Он любовался солнечными зайчиками, которые плясали у нее на лице, когда они шли пешком по Оксфорду ранним воскресным утром, наслаждаясь тишиной и покоем.

Какая любовь лежит в основе всего? Любовь многолика, у нее столько имен! В нее вплетаются ревность, зависть, страх… Из-за любви умирают… и за нее убивают. Но любовь сама по себе не поддается определению, она вбирает в себя то, что испытывают отдельные люди. Любовь похожа на ярмарочного шута – она может прятаться за любым нарядом.

Где-то в городке, за окнами, слышались смех и музыка. Счастливый смех, несдержанный, не скованный.

Ратлидж внушал себе: когда Джин выйдет замуж и уедет в Оттаву, он сумеет наконец вычеркнуть ее из своих мыслей. Как почти вычеркнул ее из сердца. Оливия Марлоу[1 - См. «Крылья огня». (Здесь и далее примеч. пер.)] больше объяснила ему, что такое любовь, чем Джин за все время их знакомства.

«Кто научит меня, как забыть мою Фиону? – тихо спросил Хэмиш.

 – Ты-то никогда не вспоминаешь о ней! Ты не слышишь, как она плачет у пустой могилы! А я остался во Франции. Я не могу прийти к ней и утешить! Нет, Иену Ратлиджу не дано обрести счастье с женщиной, когда у него на совести Хэмиш Маклауд!»

Ратлидж повернул голову, желая отделаться от назойливого голоса. Все правильно. Какой женщине захочется делить мужа с терзающими его демонами?

* * *

Утром Ратлидж встретился с Хильдебрандом в столовой «Лебедя».