Буриме перед бурей. Статьи, рецензии 2022 года

Сейчас же на этих неполных тридцати страницах мы видим внутреннюю истерику героини, и этот захлебывающийся голос, бурный поток отрывочных воспоминаний, это ее мгновенное прикипание к случайной и непродолжительной попутчице Кате, у которой схожие страдания, но истерика не только внутренняя, но и вырывающаяся наружу, трогают нас по-настоящему. Не так, как трогают полупридуманные романы.

А в роман реальную жизнь (или ее достоверную имитацию) перенести практически невозможно – сама конструкция не позволяет. В отличие от рассказа.

Удачные романы как правило дарят нам литературных героев, а рассказы и повести зачастую – живых людей, ставших персонажами.

По крайней мере в двух произведениях сборника «Катя едет в Сочи» эти живые люди вполне узнаваемы. Не знаю, насколько документален сюжет рассказа «Слова», но его герои носят имена и фамилии действительно живших, известных людей – художники Миша Брусиловский, Виталий Волович, жена Брусиловского Татьяна. Основой повести «„День недели была пятница…“» стало реальное событие – серия ритуальных убийств вблизи печально известной Ганиной Ямы под Екатеринбургом.

И у героев этой повести угадываются вполне определенные прототипы.

Отлично, что действие почти всех вещей сборника происходит в Екатеринбурге, родном городе автора, который она отлично знает и, судя по всему, любит. Нам не хватает книг, которые бы населяли люди нестоличной России, мы мало знаем, что делается, какие сюжеты рождается на Урале и за Уралом, на севере страны, на юге, в Смоленске, Калининграде.

По-прежнему в моде у писателей Москва с ее дачными поселками, Петербург и заграница, которой в период ковидной изоляции стало непомерно много.

Причем, Екатеринбург в «Кате…» предстает вполне реалистично. Да, это реализм без всяческих прилагательных вроде «магический», «мистический», «метафизический». И при этом увлекательный, некосный, свободный.

Напоследок о подзаголовке – «И другие истории о двойниках». Собственно тема двойников возникает только в первой повести «Внук генерала Игнатьева», в остальных же стоит говорить скорее о двойничестве: герои встречают людей со схожими мыслями или в схожем положении, или же наоборот противоположных себе.

Но, как известно, все мы отбрасываем тень (и, бывает, не одну), а при определенных обстоятельствах сами становимся чьими-то тенями. В литературе это один из главных мотивов, где-то явный, как Достоевского в «Двойнике», где-то скрытый, как у него же в «Преступлении и наказании».