Дар мертвеца

Не могу сказать, что они хуже, чем в соседнем городишке или других…

– К делу, Маккинстри! – одернула его Мораг.

Лепешки оказались превосходными. Ратлидж часто вспоминал их на фронте – еда там была ужасная, но спустя какое-то время все переставали замечать это. И все же бывали времена, когда в памяти всплывало что-то любимое, довоенное, домашнее… Россу казалось, что лакомство из его прошлого тает во рту. Ратлидж невольно подумал о Россе, который всегда сидел за столом напротив и широко улыбался, пока они вдвоем уплетали лепешки, опустошая блюдо.

Маккинстри откашлялся, не ведая, что стоит за стулом Росса, он держался за теплую деревянную спинку, пробуждая в Ратлидже печальные воспоминания.

– Вчера вечером инспектор Оливер обмолвился, что из Лондона пришлют человека, который поможет нам расследовать пропажу дочки леди Мод Грей. Инспектор назвал его фамилию – Ратлидж. Утром я приехал к Мораг и спросил, не ее ли это знакомый. Она ответила, что вы приехали отдохнуть, но если я вас не задержу, то можно и обратиться к вам…

Ратлидж сунул в рот очередную лепешку и посмотрел молодому констеблю в лицо.

«Из Лондона пришлют человека… назвал его фамилию – Ратлидж…» Он резко развернулся к Мораг, но та стояла к нему спиной, склонившись над духовкой.

Когда в пятницу утром он звонил на работу, его не предупредили о том, что придется ехать в Данкаррик. Неужели он обязан лично докладывать шотландским коллегам, как прошла беседа с леди Мод? Очень похоже на Боулса! Старший суперинтендент с радостью готов был бросить подчиненного в пасть волкам, если чуял неприятности.

У него настоящий дар выгораживать себя в нужное время! А может, поступили новые сведения из клиник при медицинских школах? Как бы там ни было, у Ратлиджа возникло неприятное чувство – его собираются сделать жертвенным агнцем…

Опомнившись, он сообразил, что Маккинстри продолжает говорить:

– …И меня волнует, что вам могли порассказать в Лондоне, к тому же она сейчас в тюрьме и ждет суда…

«Кто в тюрьме?!»

– Мы только что говорили об Элинор Грей, – вслух произнес Ратлидж.

– Да, сэр, вы совершенно правы, но у нас в лучшем случае всего одна улика, да и та косвенная. И все равно мне кажется, что даже одной улики хватит, чтобы ее повесили. Если присяжных наберут из Данкаррика, они единогласно признают ее виновной, еще до того, как услышат хотя бы слово.