Дженнифер Морг

– Может, скажешь тогда, кто ты такая?

– Уже сказала. Я Рамона, и я не собираюсь с тобой спать.

– Хорошо, Рамона-и-я-не-собираюсь-с-тобой-спать. Кто ты? Ты вообще человек? Я ничего не вижу за твоими чарами, и это меня нервирует.

Меня сверлят сапфировые глаза.

– Гадай дальше, обезьяныш.

Господи боже…

– Ладно, на кого ты работаешь?

– На Черную комнату. И я всегда работаю в этих чарах. У нас дресс-код, знаешь ли.

На Черную комнату? В животе у меня холодеет: я один раз пересекался с этими ребятами на заре своей карьеры, и все, что я узнал о них в дальнейшем, подсказывает, что мне очень повезло остаться в живых.

– Кого ты собираешься тут убить?

Она корчит недовольную гримасу:

– Я должна с тобой работать. Никого убивать здесь мне не поручали.

Мы снова ходим кругами.

– Ладно. Ты собираешься со мной работать, но не будешь со мной спать, чтобы я не умер от проклятья мумии и так далее. Ты приоделась так, чтобы захомутать какого-то бедолагу, но не меня, и тебе известно, кто я такой.

Может, пора перестать морочить мне голову и объяснить наконец, что ты здесь делаешь, почему нервничаешь и что происходит?

– Ты что, правда не знаешь? – слегка ошалело спрашивает она. – Мне сказали, что ты получил инструктаж.

– Инструктаж? – теперь ошалел уже я. – Ты шутишь? Я приехал на собрание комитета, а не на ролевую игру.

– Так! – На миг она кажется озадаченной. – Ты приехал на очередное заседание совместного комитета по космологическим вторжениям, правильно?

Я едва заметно киваю.

Ревизоры обычно не спрашивают, чего ты не говорил, их интересует, что именно ты сказал и кому.[2 - Особенно нежелательно выбалтывать государственные тайны сногсшибательным иностранным шпионкам, особенно если до конца неизвестно, люди ли они.]

– О тебе мне ничего не говорили.

– Ясно, – задумчиво кивает Рамона и слегка расслабляется. – Похоже на обычную служебную лажу. Как я уже говорила, мне сказали, что мы будем работать вместе – совместная операция, начиная с этой встречи.

Кстати, об этом заседании: у меня аккредитация.

– То есть… – Прикусываю язык, пытаясь вообразить ее в комнате для совещаний над шестидесятистраничной повесткой дня. – В каком качестве?

– В качестве наблюдателя. Завтра покажу свою печать, – добавляет она. (И на этом точка. Печати выдаются тем из нас, кого назначают в совместный комитет.) – А ты мне покажешь свою. Наверняка тебя проинструктируют за это время – потом нам будет о чем поговорить.