Стелла

Он говорил о приближающемся лондонском сезоне Стелле, которая сидела и слушала, наполовину удивленная, наполовину озадаченная, потому что Лондон был для нее неизвестной страной, и череда имен, благородных и модных, которые слетали с его готового языка, были ей совершенно незнакомы.

Затем он рассказал мистеру Этериджу о предстоящей Академии и, казалось, знал все о картинах, которые будут выставлены, и о том, какие из них вызовут ажиотаж, а какие провалятся. Затем он снова обратился к Стелле.

– Вы должны нанести визит в Лондон, мисс Этеридж; во всем мире нет такого места, как это, – даже в Париже или Риме.

Стелла улыбнулась.

– Маловероятно, что я увижу Лондон. Мой дядя не часто туда ездит, хотя это так близко, не так ли?

– Нет, нет, – согласился он, – не часто.

– Возможно, вас следует поздравить, – сказал мистер Адельстоун. – Несмотря на все его прелести, я рад, что избавился от него.

– Вы там живете? – сказала Стелла.

– Да, – тихо ответил он, приветствуя слабый интерес в ее глазах.

Стелла кивнула.

– Я знаю. На вас длинное черное платье и парик.

Он улыбнулся.

– И обращаясь к присяжным, вы говорите "милорд", как люди в романах всегда заставляют говорить адвокатов?

– Я не знаю; может быть, и знаю, – ответил он с улыбкой, – но я не часто обращаюсь к присяжным и не имею возможности называть судью "мой друг" или "мой господин". Большая часть моей работы выполняется в моих покоях.

– Вы надолго собираетесь остаться? – спросил мистер Этеридж с вежливым интересом.

Мистер Адельстон на мгновение замолчал и, прежде чем ответить, взглянул на Стеллу.

– Я не знаю, – сказал он. – Я хотел вернуться сегодня, но … Я думаю, что передумал.

Стелла слушала вполуха, но эти слова заставили ее вздрогнуть. Они были такими же, как те, которые произнес лорд Лейчестер три ночи назад.

Проницательные глаза мистера Адельстона заметили это, и он мысленно отметил данный факт.

– Ах! Погода прекрасная, – сказал мистер Этеридж. – Было бы жаль сейчас уезжать из Уиндварда в Лондон.

– Да, теперь мне будет более чем когда-либо жаль уезжать, – сказал мистер Адельстон, и его взгляд на мгновение остановился на лице Стеллы, но он был совершенно потерян, потому что глаза Стеллы были мечтательно устремлены на сцену за окном.

Почти вздрогнув, она повернулась к нему.