54 по шкале магометра

 – До завтра!

Мокасинов беспечной походкой двинулся по панели, любуясь собственным видом в тонировке припаркованных авто и витринных стеклах. Пребывая в безмятежной эйфории, он едва не наскочил на нищую бабульку, примостившуюся для подаяния у ограды маленькой церквушки.

– Подайте, Христа ради, на пропитание, – причитала ряженая оборванка.

Макакий опешил и лихорадочно зашарил по карманам. Но быстро сообразил, что в новом костюме шаром покати.

– Прошу прощения, – устыдился он, осознавая, что сам остался без копейки, – нет наличных при себе.

– Жмот, – сварливо констатировала старуха, – а ещё прилично одетый господин. В гроб забери свои поганые деньги.

Мокасинова передернуло. Он рванулся от нищенки, бросив через плечо дежурную фразу:

– Не каркай, старая карга.

Беднягу прошиб холодный пот, хотя на дворе стоял ласковый май. Макакий кинулся за платком, но вспомнил, что тот остался в старом пиджаке. Он поднял ладонь, чтобы утереть вспотевший лоб, и вдруг ощутил болезненный укол в области сердца.

«Не хватало мне ещё укоров совести», – подумал встревожившийся мужчина с горькой усмешкой.

Он зачем-то перешел на противоположную сторону немноголюдной улицы и вдруг услышал резкую трель свистка постового, спрятавшегося в тени акации. Нарушитель дорожных правил метнулся в испуге в ближайший переулок и побежал с бьющимся сердцем, как в детстве от встречной шпаны. Мокасинов петлял по проулкам, припомнив Миронова из «Бриллиантовой руки», мятущегося в панике по восточному кварталу.

Остановившись в незнакомом дворе, Макакий уселся на лавочку под раскидистым клёном.

«Второй звонок, – всплыла в сознании роковая догадка. – Накаркала-таки старая ведьма. Так и до инфаркта рукой подать».

Мокасинов опустил руку и принялся прислушиваться к своему организму, стараясь успокоить расшатанные последними событиями нервы. Уколы не повторились. Зато мочевой пузырь явственно сигнализировал о переполненной таре.

– Ты что же это творишь, паразит! – услыхал он внезапно визгливый женский голос, раздавшийся с небесной высоты. – Совсем обнаглели эти буржуи. Отливают, где им приспичит.

Всполошившийся Макакий с перепугу обмочил собственные брюки и, застегивая на ходу ширинку, кинулся прочь с дворовой площадки.