Приключения Оливера Твиста (адаптированный пересказ)

– Я боюсь, как бы Оливер не брякнул чего-нибудь лишнего, – хмуро сказал еврей, обращаясь к Сайксу.

– Все может быть, – злобно усмехнулся Сайкс, наливая новый бокал. – Вас предадут, Феджин, рано или поздно – предадут!

– И, знаете ли, – как ни в чем не бывало закончил еврей, – если наша игра будет проиграна, то это может случится и с кем-то другим, а для этого кого-то все закончится гораздо хуже, чем для нас…

Детина вздрогнул и пристально уставился на еврея. Но тот рассеянно смотрел в дальний угол, прихлебывая из своего стаканчика.

Повисла тягостная тишина.

– Кто-нибудь должен пойти в участок и узнать, что с Оливером, – сказал, наконец, Сайкс.

Фраза требовала ответа, но оказалась чисто риторической: в комнате не было человека, который бы по своей воле захотел исполнить такое поручение.

Они молчали и переглядывались – и это могло продолжаться очень долго, если бы в комнате не появились две молодые леди, которых однажды видел Оливер Твист.

– Вот кто нам поможет! – немедленно известил старый еврей.

– Куда?

– Всего-навсего в полицейский участок, моя милая, всего-навсего…

Молодая леди не ответила категорически отрицательно, а просто выразила горячее желание «быть проклятой, если она туда пойдет». Эта вежливая и деликатная уклончивость свидетельствовала о прирожденной учтивости, которая мешала огорчить старого еврея прямым и резким отказом.

– Тогда пойдет Нэнси. Вы пойдете, милая моя, ведь так?

– Ни в коем случае, – сообщила та.

– Да ведь ты больше всего подходишь для этого. Ты недавно приехала сюда, тебя мало кто знает.

– И я хочу, чтобы так было и впредь, – сказала Нэнси.

– Ты пойдешь! – настаивал еврей.

– Черта с два, – отвечала Нэнси.

Они перепирались несколько минут, но, наконец, посулы и угрозы сделали свое дело. На Нэнси нацепили чистый белый передник, запрятали кудри под соломенную шляпку, а в руки сунули корзинку – и отправили на задание.

Войдя на двор участка с заднего входа, Нэнси постучала в дверь одной из камер:

– Нет ли здесь маленького мальчика? – спросила она, пытаясь разглядеть что-нибудь в темноте.

– Нет, – ответил чей-то голос.

Этот вопрос – так же, как и ответ, повторились и у дверей следующей камеры, и у следующей… Так как никто ничего не знал, Нэнси обратилась непосредственно к тюремщику и, всхлипывая, потребовала у него рассказать, что случилось с его дорогим братцем…

– Его здесь нет, – сказал старик.