Психопатология семьи и дома. В поисках идеала

Еще одним уровнем ниже можно низвести человека невзначай, если уподобить его растению или, еще ниже, неживому предмету. Например, когда говорят человеку в качестве характеристики следующие слова: береза, дерево, дуб, камень, бугор, ветер, пень или тормоз.

Даже если характеризовать человека словами растений или предметов неживой природы в положительном подтексте, например, ласточка, солнышко, березка, все равно в атмосферу семьи и дома привносятся образцы отношений, где вместо имени человека и его лица присутствует преувеличение, искажение качеств и уподобление чему-то неживому и нечеловеческому.

Расцвечивание межличностных взаимоотношений способом уподобления предметам неживой природы привносит в атмосферу семьи и дома особые краски и скрытые смыслы, упрощает все и делает ясным. Особенно часто этим пользуются поэтические натуры, например, «ты на море похожа, переменчив характер твой гордый, но дождусь я, быть может, возле моря погоды».

Низвести до иного уровня

Важно подчеркнуть одну особенность таких тесных отношений в доме, при которых происходит непроизвольное лишение высокого положения личности в глазах членов семьи и в ее собственных глазах, снижение авторитета, сведение на низшую степень в иерархии субличностей.

Чаще всего, подчеркивая особенности характера, например, ребенка, мать произносит следующую фразу: «Это Иванов в чистом виде». При этом следует заметить, что характеристика дается чаще всего с отрицательным подтекстом, тем самым подчеркивая в ребенке такую черту характера, которая свойственна его отцу.

Изо дня в день акцентируя внимание ребенка подобным образом на семье, в которой вырос его отец, мать привносит не только его образ, но и образ семьи его детства, активизируя в душе ребенка субличность прошлого времени.

С одной стороны, любое упоминание прошлого семьи укрепляет связь с этим измерением времени, но если этой связи приписывается отрицательное значение, то и сама субличность отца приобретает неприглядный оттенок. Одновременно нивелируется личность ребенка, так как подменяется субличностью отца. Другими словами, часть становится главенствующей над целым, затеняя другие субличности и подавляя их.