Чаролом

Когда сэр Клод в своих доспехах занял место, лодчонка сильно просела, и Рори, как следовало ожидать, отпустил шпильку насчёт тяжёлых рыцарей, которые вряд ли смогут хорошо сражаться. Кузнец отреагировал снисходительным замечанием, что, судя по весу друида, тот представляет угрозу разве что поляне фиалок. Никодимусу, в свою очередь, пришлось уже привычно приказать им заткнуться, ради пылающих небес.

Он обнаружил, что эти пустячные склоки действуют в каком-то смысле успокаивающе, мол, всё идёт своим чередом. Рори и сэр Клод снова взялись за старое.

Тем временем матрос, сидевший на вёслах, подгрёб к причалу. Над пристанью висела непривычная тишина. Ветер нёс кислый дым горелого дерева, сернистую вонь тухлых яиц и, что было хуже всего, – запах жареного мяса. Они выбрались из шлюпки на причал, спугнув стаю чаек, дерущихся над изуродованным трупом. Едва сошли на берег, матрос торопливо оттолкнул шлюпку веслом и споро погрёб обратно к барже.

– Рори! – Никодимус указал на Ближнюю башню. – Поведёшь ты.

– Постарайся, чтобы тебя не прикончили, белый плащик, – буркнул сэр Клод, и металлические пластины на его плечах, лязгнув, сложились в шлем. – А лучше поищи старушку-садовницу, которая займёт твоё место.

– Что это было? – спросил Рори. – Ничего не расслышал из-за треска твоего раздутого самомнения, кое-как втиснувшегося в жестянку из тривиального текста.

В ответ рыцарь отсалютовал Рори, затем – Никодимусу.

– Могу я пойти первым, магистра? – обратился он к Дории.

– Да-да, – махнула та рукой.

Вдруг раздался грохот, затем – вопли потревоженных чаек. Никодимус увидел стаю белых птиц, с шумом взлетевших с террасы на полпути к Ближней башне. Ему почудилось, он слышит чей-то плач. Во всём этом было что-то смутно знакомое. Где-то он уже такое слышал… Однако тут опять грохнуло, и другая стая чаек поднялась над башней.

– Думаю, обрушились дощатые настилы, – сказал Рори. – Огонь ослабляет дерево, но я могу укрепить его заклинаниями.

– Настилы меня мало беспокоят, Рори, – ответил Никодимус, когда они покинули пристань и направились к башне. – Куда больше тревожит тот, кто заставил их рухнуть.

Рори остановился и указал вниз. Никодимус проследил за его пальцем и увидел длинный поток жидкого камня, наслаивающийся, словно расплавленный воск.

– Это лава? – спросил он.