Самураи державы Ямато

) в качестве инструмента для дворцового оркестра и использовался в музыке «гагаку». Своего расцвета «кото» достиг в эпоху Хэйан, как неизменный атрибут аристократического образования и времяпрепровождения. Одной из самых известных музыкальных пьес, написанных специально для «кото», является созданная в XVII веке слепым мастером Кэнгё Яцухаси композиция «Рокудан-но сирабэ» («Музыка шести ступеней»).На «кото» играют с помощью особых накладных ногтей-медиаторов («котодзумэ»), надевающихся на большой, указательный и средний пальцы правой руки.

Лады и тональности настраиваются с помощью струнных подставок (мостов) непосредственно перед началом игры.Игра на «кото» является одним из традиционных японских национальных видов искусства, получивших распространение, прежде всего, при императорском дворе. Однако и в сегодняшней Японии этот музыкальный инструмент пользуется большой популярностью. Благодаря своей пластичности «кото» находит применение в современной японской музыке и способствует её развитию.В настоящее время существуют два основных типа «кото»:1) Семиструнный «кин» длиной один метр – используется как соло-инструмент;2) «Со» – длиной от одного метра восьмидесяти сантиметров до двух метров, с числом струн от тринадцати и выше – используется как оркестровый инструмент. ], приносящее радость», которую руководство театра «Бунгакудза» категорически отказалось ставить ввиду ее излишней «политизированности». В результате скандала сам Мисима и четырнадцать ведущих актёров театра демонстративно покинули «Бунгакудза». Однако, несмотря на то, что «Кото, приносящее радость» и некоторые другие сочинения Мисимы во многом соответствовали духу того времени, когда на волне беспрецедентного по своему масштабу гражданского протеста против японо-американского договора безопасности вторжение политики в искусство стало повсеместным, «излишняя (по меркам 1963 года) политизированность» Мисимы была ещё весьма и весьма далека от той, которая стала характерной для него во второй половине 1960-х годов. В этот период Мисима, наряду с бодибилдингом, превратившим его из довольно щуплого, слабосильного и худосочного «ботаника», или «ботана» (выражаясь языком нашей современной «продвинутой» молодежи), каким он был в начале своего литературного и жизненного пути, в человека с необычайно красивой мускулатурой, начал усердно заниматься «кэндо»[6 - «Кэндо» – «путь меча». ] (старинным, самурайским по происхождению, искусством владения мечом, известным в древности под названием «кэндзюцу»).