Вестница твоей погибели

Он умел убивать, но даже не думал помочь городу. Всё, что его заботило – он сам. За сорок с хвостиком лет люди успели здорово его разочаровать. Он не верил даже самым искренним и с виду чутким, обычно они оказывались даже опаснее явных злодеев. Поэтому давно уже не интересовался, кого ему предстоит лишить жизни: хорошего или плохого человека, не важно. Все они одинаковые. Перерезав глотку добродушному старому наместнику, подарившему городу процветание, он почти засомневался. Пока на звук, упавшего на пол тела, из личных покоев старика не вышла девочка.

Он не желал думать ни о той девочке, ни о ком бы то ни было ещё. Разве что девушка из его предсмертного видения заполнила собой мысли, то и дело мешая строить план нового побега из Бравира. На мгновение мужчине показалось, что он слишком много о ней думал, и она ему даже привиделась.

Он смотрел прямо на неё, а она на него, но словно не видела, её взгляд уперся в его ключицу, но мысли витали где-то далеко. Скорбное бледное лицо терялось за водопадом огненных волос, а чёрные, не моргающие глаза, наполнились блеском. Из её рта вырвалось некое слово, которое Арчер не мог слышать.

«Смерть», – прочёл он по губам.

Касаясь сквозь прорезь в кожаном доспехе чешущейся раны, Арчер сделал шаг по направлению к ней, как вдруг девушка нырнула под прилавок. Он, было, подумал, что она испугалась его, пока по обе стороны не прошли стражники наместника. Они хаотично толкали его в оба плеча. Кто-то даже прорычал:

– С дороги, ничтожество.

Ладонь, которую он держал на ранении, сжалась в кулак. Арчеру хотелось вырвать из ножен меч и порубить их на мелкие куски за такую наглость, но сила была на их стороне.

– Крысы разбегаются, – с ухмылкой на лице прокричал один из стражников. – Если кто-то сделает ещё хоть шаг, я распорю тому храбрецу брюхо и заставлю жрать собственные внутренности! Так что лучше остановитесь и помогите найти нам одного человека, и тогда вы сможете пожить ещё немного, пока не придёт ваш черёд.

Арчер задержал дыхание.