Дым и Дух

И тут путь ему перерезал свет фонаря.

– Эй, ты!

С северной оконечности квартала к нему на всех парусах несся полицейский в темно-алой форме. За ним по пятам неслись два его товарища. Итак, район, где обитают денежные мешки, патрулируют три полицейских. А в это время в дымовом кольце у какого-то бедолаги, возможно, тумаками и зуботычинами отбирают последний кусок хлеба!

Рон вскинул голову, улыбнулся. Мама уверяла, что у него чарующая улыбка. С ней, кстати, соглашалась уйма других хорошеньких женщин.

– Чем обязан? – Рон приставил козырек ладони к глазам, защищаясь от света назойливого фонаря.

– Странное время для прогулок, – хмыкнул полицейский, осматривая его с головы до ног. Взгляд его задержался на шикарном воротничке – фетише «золотой молодежи». – Ты здесь живешь?

– Ага, во-он там, – махнул рукой Рон.

– Кто-то запалил сигнальную лампу. Сказал, что увидел чью-то тень.

– Тень? Ночью? – Рон недоверчиво приподнял бровь, всем своим видом выражая ничем не прикрытое изумление. – Да я две дюжины теней насчитаю прямо сейчас, не сходя с места.

Служитель порядка нахмурился и снова уставился на воротник Рона. Не вынимая руки из кармана, Рон схватился за амаринт. Если «алых» уболтать не удастся, придется задать стрекача. И тогда ему в спину нацелятся три пистолетных дула. Амаринт даст ему одну минуту форы. Рон скользнул взглядом за спину полицейского, оценивая его напарников. Ничего, прорвемся.

– Там – это где? – поинтересовался блюститель закона, опуская фонарь.

– Там – это где свет, – мотнул головой Рон в сторону двух освещенных домов.

– Ладно, ступай, – разочарованно протянул полицейский, словно Рон нанес ему смертную обиду, решив прогуляться на сон грядущий. – И лучше сиди по ночам дома, сынок. Нечего шлындать тут, время наше попусту тратить.

«Нечего груши тут околачивать и попусту тратить деньги налогоплательщиков, несясь по первому зову того, кто засветит красную лампу». Господи Боже, как же он ненавидит Колинград. Как же он ненавидит Господа Бога.

Благонравно кивнув полицейскому, Рон расслабленной походкой отправился восвояси.

Но лишь только свет полицейского фонаря поглотила тьма, он бросился во двор, приподнял крышку канализационного люка и нырнул в водосток.

3

«Огонь. Нужна».

Сэндис вздрогнула и проснулась. Кровь бешено стучала в висках, словно она слишком глубоко занырнула. Глаза горели. Дыхание перехватывало, и каждый вдох давался ей с неимоверным трудом.