Всемирный потоп. Мистический закон четырех шестерок

Поставили сети, озираясь по сторонам и боясь рыбинспекции. Потом развели костер, поставили палатку, достали бутылку водки и сели ужинать.

– Ну, за Россию и за российских карасей, – предложил я тост, смакуя приятное чувство возвращения на Родину, по которой я искренне скучаю во время длительных зарубежных поездок.

Юрий Иванович вкусно опрокинул рюмку, закусил огурчиком и, чавкая, спросил:

– Чо там, шеф, в Мексике-то? Говорят, бабы там страшные, как война. Зато пирамиды есть. Бывал на пирамидах-то?

– Бывал, Юра, бывал.

– Ну, как они, больше египетских? А то мы тут в техотделе спорили, я им говорю, что египетские больше, а они – мексиканские. Чьи больше-то, шеф?

– Египетские больше.

У костра

– Ну что, давай за мексиканские пирамиды выпьем. Помнишь, в Египте, один араб наклюкался и ножом махал. Ну, дурак, а! Чо тут, шеф, рюмками мелочиться, давай по полстакана ахнем, – сказал Юрий Иванович, уже наливая водку в стаканы.

– Давай, – ответил я, чувствуя, что меня клонит ко сну, и надеясь, что после водки я смогу уснуть в российскую ночь, когда в Мексике в это время день.

Мы выпили. Водитель Дима тоже выпил.

– Эх, Димка, – нравоучительно сказал Юрий Иванович, пожевывая колбаску с зеленым луком, – темнота ты черниковская, темнота. Ты даже не знаешь, сколько в мире чудес-то! Вот когда мы с шефом были в Египте, видели мы чудо одно – пирамида называется. Большая – у…! Кто построил – никто не знает! Египтяне хорохорятся, что они построили, а на самом деле это не так.

– Может, я еще побываю в Египеде…

– Не в Египеде, а в Египте, темнота ты черниковская. Через «т» пишется, а не через «д». Египет, понял, а не Египед. Наливай лучше, темнота ты черниковская.

Мы выпили еще.

– Юра, Дима! Я, наверное, пойду в палатку, посплю. Что-то на сон тянет. Может, перевернуться смогу со дня на ночь, – попросил я.

Я залез в палатку, перебил комаров и улегся спать. Вначале я вроде бы начал засыпать, но потом сон прошел, и я стал мучиться, пытаясь уснуть.

– Черт побери, – думал я, – как бы уснуть, а! Даже водка не помогает. Буду-ка думать о пирамидах, о чем уж пошел разговор.

Находясь в полудреме, я стал думать о пирамидах. В голову лезли фантастические мысли, которые я, засыпая, никак не мог отделить от реальности.