Как Ельцин преемника выбирал

Шушкевич, с которого храбрость как рукой сняло, робко произнес: «Ну, вот, Борис Николаевич, он друг Буша, он пусть и звонит…»

Затем действие фильма переносит зрителей в 1993 год. Победившая в 1991 году команда Ельцина раскололась. Коржаков в своем обличении президента беспощаден. Ельцин был близок к самоубийству, заперся в сауне и никого не впускал. Коржаков выбил дверь и спас президента. Но Ельцин был неадекватен, он не мог управлять ситуацией. Коржаков: «За пультом руководить страной сел я. А когда он (Ельцин.

Сергей Филатов, бывший глава президентской администрации, о штурме «Останкино»: «Был очень тревожный звонок Брагина (главы телекомпании. – Н. З.), которому сообщили, чтобы он готовился вывести из строя аппаратуру останкинскую. Положение такое, что лучше взорвать, чем оставить оппозиции…»

Анатолий Куликов, министр внутренних дел: «Если бы 6-й отряд «Витязь» дрогнул и не открыл огонь, то практически власть в стране перешла бы к повстанцам».

Ельцин, потерявший в те дни контроль над столицей, удержал власть чудом.

Далее пошли чеченские события. Сергей Филатов: «Основное преимущество Ельцина было в том – и это было нашей гордостью, – что при Ельцине не было крови. Но то, что случилось с Чечней, к сожалению, опровергло то, что было связано с этим именем».

Комментарий автора фильма: «Чечня низвергла Ельцина в глазах молодых россиян с пьедестала героя, победившего коммунизм, и тогда перед Ельциным замаячила перспектива проиграть выборы 96-го года… Первым среди претендентов шел Зюганов.

Галина Старовойтова: «Я была готова к тому, что они меня посадят в тюрьму, а может быть, даже казнят».

Анатолий Чубайс: «Я увидел Зюганова в Давосе, и меня поразило совершенно омерзительное поведение западных бизнесменов, которые просто танцевали вокруг него».

И тогда на авансцену выступил Борис Березовский. Он собрал российских миллионеров на швейцарском курорте и организовал заговор с целью нанесения удара по идущим к победе коммунистам.

Борис Березовский: «Мы дали ему возможность получить доступ к средствам массовой информации, и, начав с четырех процентов голосов, он в результате получил четырнадцать процентов».