Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя. Том 3

На лице его царила полная безмятежность; он улыбнулся очаровательной, милой улыбкой, какой он один умел улыбаться, и, придавая своему поклону исключительно благородную и изящную непринужденность, начал:

– По вашему веселому виду, ваше величество, я заключаю, что прогулка, которую вы совершили, была весьма и весьма приятной.

– Очаровательной, господин суперинтендант, очаровательной. И вы напрасно не поехали с нами, напрасно отвергли мое приглашение.

– Государь, я работал.

– Ах, деревня, деревня, господин Фуке! – воскликнул король.

– Надеюсь, ваше величество, вы еще не устали от трона? – спросил Фуке.

– Нет, не устал, но троны из зелени так изумительно хороши!

– Ваше величество, говоря такие слова, воистину предвосхищает мои упования. У меня есть ходатайство к вам, ваше величество.

– От кого, господин суперинтендант?

– От нимф, обитательниц Во.

– Ах!

– Король удостоил меня обещанием, – сказал Фуке.

– Да, да! Помню.

– Празднество в Во, знаменитое празднество в Во, не так ли, ваше величество? – вставил Кольбер, стремясь показать этим вмешательством в разговор, что он пользуется расположением короля.

Фуке, полный презрения, не удостоил Кольбера ответом; он вел себя так, словно Кольбер не высказал никакой мысли, словно его вообще не существовало.

– Ваше величество знаете, что я избрал мое имение в Во для приема любезнейшего из государей, могущественнейшего из королей.

– Сударь, – улыбнулся Людовик XIV, – я обещал; королевское слово не нуждается в подтверждении.

– А я, ваше величество, пришел доложить, что весь к вашим услугам.

– Вы обещаете много чудес, господин суперинтендант?

И Людовик XIV взглянул на Кольбера.

– Чудеса? О нет, ваше величество, я не берусь поражать вас чудесами; но надеюсь, что могу обещать немного веселья, быть может, даже немного забвения королю.

– Нет, господин Фуке, я настаиваю на слове «чудо».

Фуке почувствовал удар, направленный с двух сторон: король метнул стрелу не только из своего лука, но и из лука Кольбера. Фуке рассмеялся:

– О, народ отлично осведомлен, из каких россыпей я беру это золото. Он знает это, и знает, быть может, чересчур хорошо.