Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя. Том 3

Монтале, войдя и увидев Рауля, вскрикнула:

– Сударь, сударь, вы тут! Простите, господин д’Артаньян.

– Охотно прощаю, сударыня, – сказал д’Артаньян, – я знаю, я в таком возрасте, что меня разыскивают только тогда, когда уж очень во мне нуждаются.

– Я искала господина де Бражелона, – ответила Монтале.

– Как это удачно совпало! Я вас также хотел повидать.

– Рауль, не желаете ли выйти с мадемуазель Монтале?

– Всем сердцем!

– Идите!

И он тихонько вывел Рауля из кабинета; затем, взяв Монтале за руку, прошептал:

– Будьте доброй девушкой.

– Ах, – ответила она так же тихо, – не я буду с ним разговаривать. За ним послала принцесса.

– Вот как, принцесса! – вскричал д’Артаньян. – Не пройдет и часа, как бедняжка поправится.

– Или умрет, – сказала Монтале с состраданием. – Прощайте, господин д’Артаньян!

И она побежала вслед за Раулем, который ожидал ее, стоя поодаль от дверей, встревоженный и озадаченный этим диалогом, не предвещавшим ему ничего хорошего.

XII. Две ревности

Влюбленные нежны со всеми, кто имеет отношение к их любимым. Как только Рауль остался наедине с Монтале, он с пылом поцеловал ее руку.

– Так, так, – грустно начала девушка. – Вы плохо помещаете капитал своих поцелуев, дорогой господин Рауль, гарантирую, что они не принесут вам процентов.

– Как?.. Что?.. Объясните мне, милая Ора…

– Вам все объяснит принцесса. К ней-то я вас и веду.

– Что это значит?

– Тише… и не бросайте на меня таких испуганных взглядов.

– Наконец…

– Ведь я предупреждала вас, что где-нибудь, я не знаю где, но где-нибудь у принцессы обязательно спрятано наблюдающее за нами око и подслушивающее нас ухо. Поймите, что мне вовсе не хочется быть выгнанной вон или попасть в тюрьму. Давайте говорить о погоде, повторяю еще раз, или лучше уж помолчим.

Рауль сжал кулаки и пошел быстрее. Он придал себе вид безгранично храброго человека – это верно, но то был храбрец, идущий на казнь. Монтале, легкая и настороженная, шла впереди него.

Рауля сразу же ввели в кабинет принцессы.

«Пройдет целый день, и я ничего не узнаю, – подумал Рауль. – Де Гиш пожалел меня, он сговорился с принцессой, и оба они, составив дружеский заговор, отдаляют решение этого больного вопроса.