Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя. Том 2

 – Конечно, она читала письмо от Фуке, когда я приехала!

И, в свою очередь, выбежала вон из комнаты.

А в это время маркиза, очутившись в безопасности за дверью, почувствовала, что силы окончательно изменяют ей; с минуту она стояла, побледнев и окаменев, как статуя; потом, подобно статуе, которую колеблет ураган, она покачнулась и упала без чувств на ковер.

VIII. Серебро госпожи де Бельер

Удар был особенно тяжел из-за его неожиданности. Прошло немало времени, пока маркиза оправилась; но, придя в себя, она стала размышлять о назревающих событиях.

Вскоре природный ум этой энергичной женщины взял верх над чувством бесплодного сострадания.

Маркиза не принадлежала к тем женщинам, которые плачут и ахают над несчастьем вместо того, чтобы попытаться действовать. Стиснув виски похолодевшими пальцами, она просидела минут десять в раздумье; потом, подняв голову, твердой рукой позвонила.

Она приняла решение.

– Все ли готово к отъезду? – осведомилась она у вошедшей горничной.

– Да, сударыня, но мы думали, что вы уедете в Бельер не раньше, чем через три дня.

– Однако вы уложили драгоценности и серебро?

– Да, сударыня, но мы обыкновенно оставляем эти вещи в Париже; вы никогда не берете драгоценностей с собою в деревню.

Маркиза помолчала, потом сказала спокойным тоном:

– Пошлите за моим ювелиром.

Горничная ушла исполнять приказание, а маркиза направилась к себе в кабинет и начала внимательно рассматривать свои драгоценности.

Никогда она не обращала столько внимания на свои богатства: она рассматривала эти драгоценности, только когда выбирала их. А в эту минуту она любовалась величиною рубинов и чистой водой брильянтов; она приходила в отчаяние от малейшего пятнышка или изъяна; золото казалось ей недостаточно тяжелым, а камни – мелкими.

Вошедший в комнату ювелир застал ее за этим занятием.

– Господин Фоше! Кажется, вы поставляли мне все драгоценности?

– Да, маркиза.

– Я не могу припомнить, сколько стоило это серебро.

– Сударыня, кувшины, кубки и блюда с футлярами да столовые приборы, мороженицы и тазы для варки варенья – все это обошлось вам в шестьдесят тысяч ливров.

– Господи, только и всего?

– Сударыня, в то время вы находили, что это очень дорого…

– Правда, правда. Я действительно припоминаю, что было дорого; ведь тут ценится работа, не так ли?

– Да, сударыня, и гравировка, и чеканка, и отливка.