Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя. Том 2

Но сначала скажите мне, ваше преосвященство…

– Что?

– Не окажете ли вы мне честь позавтракать у меня, по обыкновению?

– С удовольствием.

– Милости прошу!

Безмо трижды позвонил.

– Что это значит? – спросил Арамис.

– Это значит, что у меня завтракает гость и что нужно сделать приготовления.

– Пожалуйста, дорогой комендант, не хлопочите так для меня.

– Что вы! Я считаю своей обязанностью принять и угостить вас как можно лучше. Никакой принц не сделал бы для меня того, что сделали вы.

– Полноте! Поговорим о чем-нибудь другом.

Как идут ваши дела в Бастилии?

– Недурно!

– Значит, от заключенных есть доход?

– Неважный.

– Вот как!

– Кардинал Мазарини не отличался большой суровостью.

– Вы, значит, предпочли бы более подозрительное правительство, вроде нашего прежнего кардинала?

– Да. При Ришелье все шло прекрасно. Братец его высокопреосвященства нажил себе целое состояние.

– Поверьте, дорогой комендант, – сказал Арамис, придвигаясь к Безмо, – молодой король стоит старого кардинала.

Если старости свойственны ненависть, осмотрительность, страх, то молодости присущи недоверчивость, гнев, страсти. Вы вносили в течение этих трех лет ваши доходы Лувьеру и Трамбле?

– Увы, да.

– Значит, у вас не оставалось никаких сбережений?

– Ах, ваше преосвященство! Уплачивая этим господам пятьдесят тысяч ливров, клянусь вам, я отдаю им весь свой заработок. Еще вчера вечером я говорил то же самое господину д’Артаньяну.

– Вот как! – воскликнул Арамис, глаза которого загорелись, но тотчас же потухли.

 – Так вы вчера виделись с д’Артаньяном? Ну, как же он поживает?

– Превосходно.

– И что вы ему говорили, господин Безмо?

– Я говорил ему, – продолжал комендант, не замечая своей оплошности, – что я слишком хорошо содержу своих заключенных.

– А сколько их у вас? – небрежно спросил Арамис.

– Шестьдесят.

– Ого, кругленькая цифра!

– Ах, монсеньор, бывало и по двести.

– Но все же и при шестидесяти жить можно не жалуясь.

– Разумеется, другому коменданту каждый арестант приносил бы по полтораста пистолей.

– Полтораста пистолей!

– А как же? Считайте: на принца крови мне отпускают пятьдесят ливров в день.

– Но как будто у вас здесь нет принцев крови? – сказал Арамис слегка дрогнувшим голосом.

– Слава богу, нет! Вернее, к несчастью, нет.

– Как к несчастью?

– Ну, конечно. Мои доходы возросли бы.

– Справедливо. Итак, на каждого принца крови пятьдесят ливров.

– Да.